— Он купил нашу компанию и я… хм, вводила его в курс дела по одному вопросу.
— В кафе? — идеальная темная бровь ползет вверх.
— У меня сегодня выходной, — нагло вру. — Но у Максима Владимировича возник важный вопрос. А если учесть, что он категорически против “детского сада” в офисе, пришлось ему прервать наш обед.
— Понятно, — задумчиво протягивает она, но кажется, яд в моем голосе слегка успокоил ее подозрительность. По крайней мере, зеленые глаза перестают прожигать меня насквозь, но уже в следующее мгновение я жалею, что не смогла удержать ее внимание чуть дольше.
— Так вы работаете в “Планере”? — уточняет она, севшим вдруг голосом. — А давно?
От ответа меня спасает появление Горского, который торжественно вручает ей телефон и сообщает, что заблокировал карту.
— Новую они, наверное, не скоро откроют, — хлопая ресницами начинает она. — А у меня как назло налички совсем нет…
— Да, точно, — Максим лезет в бумажник и вытаскивает оттуда несколько крупных купюр.
— Спасибо, — сияет она и обвивает руками его шею. — Ты лучший."
"Я машинально отворачиваюсь, делая вид, что усердно вытираю салфеткой и без того чистые губы Алины. Не хочу на это смотреть. Пусть и понимаю, что в людном кафе, да еще и при детях, они вряд ли сольются в страстном поцелуе, но даже такие невинные объятия и его нежный взгляд в сторону Святослава, прицельно бьют в самое сердце.
Пару дней. Мне осталось терпеть его компанию пару дней. Саид явно дал понять, что ждет нас с Алинкой в гости до праздников, а значит Люба должна забронировать нам билеты как можно скорее. По возвращению, мы подпишем чертов контракт и я смогу вычеркнуть Горского из своей жизни навсегда. Снова. На этот раз, надеюсь, окончательно.
— Ты нас отвезешь? — ласково спрашивает Оксана, не убирая наманикюренные пальчики с его плеча.
— Такси вызову, — бросает Горский. — Работы невпроворот.
— Хм…, — невнятно мычит девушка, в очередной раз цепким взглядом оглядывая наш стол. Видимо, пицца в компании подчиненной и ее дочери никак не вписывается в ее понятие плотного графика занятого бизнесмена. И по идее, меня не должно волновать что она там себе думает, вот только я с ужасом замечаю, что сейчас ее взгляд не просто застывает на лице Алины, как раньше.