- Что это? – Неуверенно пропищал Тарат."
"- Наследство моей жены, - также спокойно ответил Барден. – Письмо ее покойной бабушки поверенный должен был положить вместе с алмазом.
На дне коробки действительно лежал запечатанный конверт. Только взять мне его не дали. Его взял второй солдат, который секунду назад целился мне в голову. У меня на глазах он разорвал конверт, достал оттуда квадратный лист розовой бумаги. Именно на такой бумаге, с самого детства, бабушка писала мне записки старомодной перьевой ручкой. Не знаю, где она эти листы брала в век, когда ручное письмо считалось пережитком прошлого.
Письмо мне не дали. Первым его показали Бинару. Он внимательно прочитал послание и посмотрел на Бардена:
- Зачем такая секретность, главнокомандующий?
- На Земле за алмазом велась охота. Триумвират может проверить эту информацию самостоятельно, или я могу предоставить подробный отчет. У меня не было достаточной власти в Солнечной Системе, чтобы легально изъять алмаз из хранилища.
- Мы проведем повторную проверку! – Взъелся Тарат. – Откуда у обычной землянки такой алмаз?!
- От ее биологической матери, - спокойно ответил Бинар, и приказал солдату передать письмо для ознакомления.
Мои глаза расширились от удивления. В этот раз я не смогла сдержать эмоции.
- Вижу, вы удивлены? – Спросил Бинар.
- Тара пока не знает некоторых подробностей о своем происхождении. – Подтвердил догадки председателя Барден.
- Что ж, - вздохнул председатель, - Триумвират приносит вам извинения за то, что здесь произошло, миссис Барден. И вам, главнокомандующий за то, что мы усомнились в вашей преданности.
Барден ничего не ответил, только ударил себя кулаком в грудь.
- На этом закончим. Миссис Барден, надеюсь на скорую встречу.
Все три триума исчезли. Солдаты, под тяжелым взглядом Бардена, тут же отступили.
- Письмо! – Коротко скомандовал таркаец и розовый лист лег рядом с камнем. – Ты в порядке?
- У них совсем с головой плохо? Да? – Дрожащим голосом спросила я.
- Пойдем, тебе нужно умыться и успокоиться. - Картер протянул мне руку и помог подняться на ноги. – Сможешь идти?
- Конечно. Мне же ноги не прострелили.