Из-за волнения я не сразу заметила световой сигнал в окне доставки.
- Странно, - сказала сама себе, - я ничего не заказывала.
Подошла к ящику, набрала пароль и увидела внутри несколько пищевых боксов. Это была доставка из местной столовой. Термобоксы были тщательно запечатаны и опломбированы. На крышке светились номер моей квартиры, имя и время сборки заказа, и надпись:
«Заказ оплачен»
Я долго смотрела на бокс. Есть пищу, которую доставили без твоего заказа, было боязно.
- Может, у них тут паек включен? – Снова спросила у пустой квартиры.
"Достала из ящика стола тестер, сунула щуп в круглое отверстие сбоку контейнера, чтобы проверить еду на яды, радиацию и прочие сюрпризы. Ничего подозрительного тест не показал. Но стоило открыть крышку, как по кухне разлетелся потрясающий аромат. И я вспомнила, что кроме кофе и печенья сегодня ничего не ела.
В этот раз обычный суп показался невероятно вкусным. Я ела стоя на кухне, забыв о сервировке и приличиях. Хорошо, что в этот момент никто меня не видел.
«Тара! Мы знаем, что тебя выслали со станции. Но это не значит, что ты не должна оплачивать счета! Банковское предписание прилагаю. Там уже добавилась просрочка»
Та наивная уверенность матери, что я должна продолжать оплачивать их счета, меня поразила до глубины души.
«Я больше не буду оплачивать ваши счета, мама. Вы исключили меня из родовых документов. Вся моя зарплата с «Ковчега» приходит на счет отцу по решению суда. Больше я вам ничего дать не могу»
Отправив сообщение, я почувствовала тупую боль в груди. Обида и слезы снова сдавили горло, и мне пришлось сделать несколько глубоких вдохов, чтобы напряжение отступило.
«Тара! Девочка! Это ничего не значит! Мы по-прежнему семья! Разве могут семью разлучить какие-то формальности?!»
«Это не формальности, мама.
Телефон снова затих. В какой-то момент я подумала, что вот-вот мама возобновит переписку, но ничего не происходило, аппарат молчал. Я ждала десять минут, потом пятнадцать, полчаса. В квартире царила тишина.