— Меня нет! — вырываюсь я из сладкого плена двух бедер, устроившихся на моих. — Прогуляюсь.
Забираю бутылку своего пива. Сбегаю наверх, в кальянную.
Синие и красные прозрачные шторы, не очень вдохновляющей новизны диваны, и дым.
У самой стены еще две тёлочки с кальяном. Подснять? Или увезти тех, что снизу?
Делаю несколько шагов к их столу.
— Стой!
От неожиданности торможу. Но это не мне. Какое-то мельтешение за полупрозрачной шторой. Женский сдавленный вскрик.
— Не дергайся!
— Не трогай меня! — словно глухой удар об стену.
Рывком отдергиваю красную штору.
И от неожиданности открываю рот.
Моя «Авария»!
Массивный чувак, прихватив ее за горло, вдалбливает в стену, и уже, по всей видимости, не в первый раз.
— Ты чо там базарила?!
Зло оскаливаясь, она толкает его ладонями в лицо. Пытаясь попасть каблуком в колено.
— Отвали! — взвизгивает. — Отпусти!
Еще один удар об стену.
Она немного обмякает, со стоном хватаясь за затылок. Он размахивается.
Вот козёл.
Перехватываю его руку.
Нет, я бы, конечно, тоже ей настучал. Но не по лицу же.
Авария распахивает глаза, разглядев меня. Узнала… Тревожно покусывает свою мягкую вздрагивающую губу.
Ладно, чувак, отдай ее мне, я ее отшлепаю.
Он оборачивается, не отпуская ее горло. Я вижу, что ей тяжело дышать, его пальцы не шутят. Девчонка пытается оторвать его руку от горла.
— Всё. Пусти. Я накажу ее сам.
Её глаза обидчиво и мстительно прищуриваются. По-детски, как у моей Маруськи, когда я дразню ее.
Дурёха… — ухмыляюсь ей.
Мне реально жалко, что ей так прилетело. Несмотря на то, что сучка, по всей видимости, еще та. И нарвалась сама.
Он поворачивается к ней обратно.
— Твой мужик?
Пауза в три секунды. И она с энтузиазмом начинает кивать головой. Он отпускает ее горло."
"Ну, дальше, в принципе, ожидаемо. И я отклоняюсь от летящей в меня подачи, делая шаг назад. Размахиваюсь посильнее и «успокаиваю» чувака бутылкой в лоб. Стекла… пена… он оседает. Авария резво срывается с места в направлении лестницы.
— Стой!!
— Эй! — дергает меня кто-то за плечо.
Разворот — и подача в нос. Только-только прекративший ныть разбитый об руль нос взрывается болью. И теперь «маяк» ловлю я, оседая по стене и прижимая ладонями лицо.
Их было двое.
«Авария»… дура…
Горячая струйка щекочет губы. Вытираю тыльной стороной ладони. Но густые капли падают. На мою любимую белую толстовку.