Неравнодушен я к таким вот глянцевым крыльям.
Кому ты так нагадила, Карина?
На капоте выцарапана перевернутая буква «А». И меня опять корежит от звука, который издавал нож, рисуя эту букву. Вижу, как морщится Тери. Он тоже неравнодушен к стальным хромированным крыльям. И практически вижу, как моя Авария, прикусив губу, двумя руками держа нож, процарапывает эти убийственно глубокие борозды по эмали.
Это чо, бл*ть?..
Это она. Сто процентов.
Та-а-ак.
Послание. Не мне. Или мне?
Зависаю.
В моей голове звенит.
Достаю сигарету, вкладываю в губы. Что там еще с ней надо делать, чтобы мозг ожил?
Тери прикуривает мне.
Затягиваюсь.
— Есть мысли? — Гарик.
— Нет.
— А Тери уверен, что это твоя принцесса.
Киваю.
— Без вариантов.
— И никаких версий? — усмехается Гарик.
— Вообще.
— Даже у меня есть версии! — цокает он.
Да? Это потому, что ты не внутри нашей реальности. А я внутри, и у меня нет версий.
— Я не трахался с Кариной, — поясняю для него. — И ни с кем, кроме Аварии.
— Судя по всему, она не столь уверена в этом факте.
Третий час.
Набираю Карину.
— Ммм? — сонно в трубку. — Арчи…
— Ничего мне не хочешь объяснить?
Тишина…
— Карина! — рявкаю я. — Ты не хочешь мне объяснить клинописи на своей тачке?
— Нет, — холодно. — Не хочу. Но будь любезен, приведи ее в порядок, Артур.
— Если я узнаю, Карина, что это ты как-то накосячила…
Тишина.
— Лучше скажи мне… сама.
— Что сказать?
— Какого черта Авария расписалась на твоей тачке?!
— Это же твоя жена, — с сарказмом, — Арчи.
— Да пошла ты…
— Ах! Ну, поищи еще. Как всё неустойчиво в этом мире, да, Милый? А ты говорил, что ничто не может разрушить «вас». И уж «тем более такая, как» Я!
— Когда это я тебе такое говорил?
Я даже самому себе такого не говорил. Зачем проговаривать очевидное.
Смех. Злой и мстительный.
— За свой базар, Артур, иногда приходится отвечать.
— Сука.
— Отдыхай, мальчик.
— Чтобы твоей тачки здесь не было уже с утра. Иначе отправлю этот металлолом на свалку.
Скидываю вызов, с чувством пиная по покрышке.
— Сука!!
— Какие новости? — присаживается на капот Тери.
— Карина как-то замешана в этом. Как-то очень нехорошо.
— Тогда — всё очевидно, — хмыкает Кипиш. — Наплела что-то твоей благоверной.
— Нет. Не очевидно. Есть один нюанс.