Каждый предпочитал одно определённое оружие, часто выходящее за рамки отечественного, а значит применяемые патроны могли быть самыми разнообразными. Один только НАТОвский P90 чего мог стоить. Я ума не мог приложить, где вообще смогли достать этот ствол, учитывая его не самую большую распространённость на Земле. От этого пистолета-пулемёта в боевых условиях Иномирья было очень мало толка, учитывая не самую большую останавливающую способность, в которой он проигрывал очень многим, даже отечественным образцам. Унифицировать оружие было сложно, но по итогу мы сошлись на том, что вооружимся стволами на самых обычных и родных сердцу «семёрках», а количество пистолетных патронов свести к минимуму.
"За пару дней до отправления я привычно колотил грушу в спортзале базы, надеясь отвлечься от мыслей. Чем ближе подбирался день начала похода, тем мне больше становилось страшно. Мало того, что мы отправлялись в крайне сложный поход, итоги которого туманнее, чем утро в Лондоне, так ещё и от его исходов сильно зависит моя будущая жизнь.
Почувствовав, что привычно качающуюся от ударов грушу кто-то остановил по ту сторону, я остановился и шагнул в сторону, обнаружив стоящую за спортивным инвентарём Викторию.
— Что-то случилось? — спросил я, стягивая с рук беспальцевые перчатки, в которых давно привык мутузить грушу.
— На пару слов. — «фурия» ткнула большим пальцем за свою спину, указывая на выход из обширного зала, после чего быстро пошла в ту сторону, покачивая аппетитными бёдрами, затянутыми в самые обычные синие джинсы.
Накинув на плечи тёплую олимпийку, я вышел за ведьмой, на ходу подхватывая кобуру с пистолетом, с которой не расставался даже на безопасной базе «чекистов». Девушка стояла на крыльце, глубоко вдыхая холодный воздух ранней зимы.
— Рассказывай.
«Фурия» посмотрела на меня, вздохнула и тихим голосом начала быстро говорить, — Я через сестёр навела справки насчёт той нашивки, которую мы видели у нападавших на мой дом.