Кажется, я недооценила его упрямство. Черт. Но отступать как будто уже поздно. Я молча поджимаю губы. Сдавать назад ведь нельзя. Свое упрямство я недооценила тоже.
Шмелев ухмыляется, кажется, понимая, что я на самом деле блефовала:
– Ну, тогда адьез, Гольцман, вроде все порешали.
– Подожди, – я суетливо достаю телефон из рюкзака, – оставь свой номер.
– Зачем? Хочешь меня склеить?
Я устало тру переносицу:
– Просто скажи номер, Яр.
– Найдешь меня в соцсетях.
– Чтобы ты меня там игнорил? А знаешь что? Можешь не говорить.
– Какая же ты дотошная, – почти стонет он, но все же нехотя диктует мне цифры.
Записываю и поднимаю на него взгляд. Ярик смотрит так, как будто я – отвратительное насекомое. Маленькое, неприятное и ничтожное. Но я плевать хотела на его мнение с высокой колокольни. Поэтому улыбаюсь максимально сладко:
– Встретимся завтра после пар в «аквариуме».
– Уже?!
– Шмелев, если ты собираешься сделать все в последний момент, то должен понимать, что я тебе не позволю.
Тогда он молча уходит, и я просто сверлю взглядом его широкую спину в черной футболке. Ничего, я его достану.
Глава 2
ЖеняЯ убираю в сумку пенал и только тут понимаю, на что в действительности согласилась. Три свидания с Долиным! Зачем? Мы хорошо дружим, и, хоть я уверена в нем и наших отношениях, провоцировать его как-то нечестно.
Застываю, задумавшись. Что важнее? Наша дружба или мой проект? Чувствую неприятное и какое-то липкое беспокойство. Честно ли так поступить с другом? И что вообще подразумевают под собой эти три свидания? Мы и так проводим много времени вместе. Ходим в кино или зависаем где-нибудь в кафе.
Принимаю решение ничего не делать до завтра. Может быть, Шмелев вообще передумает, я почти уверена, что он непостоянный.
В кабинет заглядывает Алина:
– Жень, идешь?
– Да, – отмираю я.
Как робот следую за подругой, и мы спускаемся в столовую. Там я беру кофе и больше ничего. Склоняюсь над кружкой и дышу. Пахнет очень вкусно. И не только мой напиток. Здесь пахнет едой отовсюду.