– Так, твои ребята, Максим Андреевич, я вижу, в сборе. – Нарком кивнул на дверь, где на стульях в коридоре скучали члены группы. – Отлично. Времени мало, а сделать нужно еще очень много. Буду краток! Твоя задача сегодня же вылететь с группой на Волгу в Горький. Объект – двадцать первый завод, где производят самолеты конструкции Лавочкина. Производят их и в других городах, на других заводах, но именно на заводе в Горьком располагается конструкторское бюро, мозг, там рождаются все усовершенствования, изменения и дополнения, за которыми охотится вражеская разведка.
Берия поднялся со стула, пожал руку Шелестову и таким же энергичным шагом покинул кабинет. Платов велел пригласить остальных оперативников. И, когда все расселись, еще раз коротко изложил суть задания.
– А что, утечка действительно имеет место быть? – сразу же осведомился Сосновский. – Какого характера, в каких объемах? По характеру информации, которую получает враг, можно определить и место, и возможности агента или предателя.
– Имеет, – терпеливо ответил Платов. – Иначе бы мы не стали так нервничать. У немцев появились сведения о новых разработках наших ученых в области впрыска топлива при отрицательных температурах воздуха, в области механизации крыла. Человек, который добывал эти сведения, понимал их ценность, он был оснащен современными средствами копирования, он имел доступ к заводским средствам копирования чертежей.
– Что за аппаратура для фотосъемки? – оживился Сосновский.
– По нашим данным, судя по специальной фотопленке, это мини-камера шведского инженера Магнуса Нейла. Еще до войны английская компания Houqhtons экспериментировала со встраиванием камеры в различные бытовые вещи. Например, карманные часы. Там используется специальная рулонная 17,5-миллиметровая пленка в кассетах. Она делает двадцать пять изображений размером шестнадцать на двадцать пять миллиметров.