«Омбудсмен по правам человека уже выступил с критикой в адрес „РосТаланта“, — сказала диктор. — По его словам, организация не имела никаких полномочий проводить спецоперацию. Согласно подтверждённым данным, количество погибших превысило семь десятков человек и продолжает расти. Следственный комитет уже начал проверку произошедшего».
Девушка чуть сделала паузу, кажется, прислушиваясь к микрофону в ухе, после чего продолжила говорить.
«Только сейчас мы получили информацию. Поступило новое заявление от пресс-службы „РосТаланта“, — продолжила она.
«Пизде-е-ец», — мысленно протянул Игнат.
Ещё вчера, оценив масштаб ситуации, он понимал — тихо случившееся никак не пройдёт. Однако мужчина не представлял, что произойдут события, больше похожие на грызню в провластных кругах.
Разумеется, это не было удивительным, особенно, когда дело касалось такой большой трагедии. Резонанс общественного негодования, вероятно, достиг критической отметки. Прямой виновник произошедшего был мёртв, а, значит, кому-то предстояло стать громоотводом. Желания стать им, конечно, никто не испытывал.
Игнат, возможно, и стал бы козлом отпущения, но признание его вины автоматически ударило бы и по «РосТаланту».
«По крайней мере, я надеюсь на это», — подумал он, уже не так уверенный в своей защите.
Он переключил на «Россию» и не ошибся. Происходящее в стране там охотно освещалось. Сейчас на слуху была лишь одна тема.
«Как мы выяснили, оперативника под псевдонимом „Холод“ зовут Кедров Игнат», — заговорщицким тоном вещал незнакомый ведущий.
— Какой, на хер, Холод?! — произнёс сноходец, смотря на своё лицо в зеркале.
— Пока у нас нет информации о занимаемой им должности, — рассказ продолжался.
Включилось уже знакомое Кедрову видео интервью с Вениамином Петровичем. Игнат молча смотрел его, но мысли сноходца витали совсем в других сферах.
Ранее он согласился на эту роль «карманного тиктокера» для организации, ибо был спокоен. Удобное прикрытие, под которым можно получать небольшие преференции и при этом заниматься своими делами.