Между нами совсем не остается свободного расстояния.
Эмоции напоминают кипящий котел: внутри все бурлит, возбуждения во мне столько, что переливается через край.
Горячие мужские ладони опускаются на мою грудь, стиснув ее до сладкой боли.
Дыхание Архипа словно пустынный ветер — такое же жаркое и сухое, касается моего лица.
— Назад пути нет, Люда.
С этими словами он делает выпад бедрами вперед.
Горячее прикосновение — тугое, давящее.
Его напор — бескомпромиссный, не оставляющий шансов на отступление.
Но я и не хочу отступать.
Напротив.
В самый последний момент я подталкиваю себя вперед, к нему.
Несколько мгновений ожидания, тягучей наполненности…
И он…
Внутри.
Большой, горячий, заполняющий меня до предела.
Я наконец-то чувствую его — целиком.
И то, что я ощущаю, не идет ни в какое сравнение с теми жалкими попытками, которые были у меня раньше.
Боже, можно сказать, у меня и секса раньше не было…
Архип дает мне немного времени привыкнуть, а потом его губы выпускают тихий, предупреждающий рык:
— Все, терпения больше нет.
Быстрый, жадный толчок.
Пробный.
Ах, меня скручивает от него, а затем я подстраиваюсь под удары его прибора — точные, четкие, ритмичные.
Он во мне.
Движется.
Как ему хочется, и мне это нравится.
Я быстро привыкаю к его ритму, ловлю его и просто наслаждаюсь тем, что происходит.
Стол скрипит под нами.
Все быстрее и быстрее его движения.
Все отрывистее рывки.
Стол бьется в стену.
Архип ускоряется, не обращая внимания.
В какой-то момент со стены падает рамка с фото.
Короткий мужской смех, жадный поцелуй.
— Сзади хочу тебя попробовать. Сжать твои сочные бедра и подвигаться в тебе. Клянусь, вид будет шикарный!
Его поцелуи и ласки помогают мне быть раскованнее, увереннее в себе.
В этот момент я вообще не думаю, как выгляжу со стороны, не стесняюсь ни своей большой груди, ни пышной задницы, ни одной складки на мягком животе — ничего.
Все это в глазах Архипа выглядит красиво, горячо, и я поверила в свою привлекательность и сексуальность.
Мы перемещаемся на пол. Ковер немного жжет кожу коленей, но когда Архип пристраивается сзади, заполняя мое лоно отрывистыми толчками, мне становится все равно.
Так все чувствует острее.
Глубже.
Откровеннее.
Я уже снова на краю, моя выдержка тает. Царапаю ногтями ковер, кричу и, не выдержав натиска, я кончаю первой, а он не останавливается.