– Тебе звонили, – вырывается у меня.
Быстрый взгляд на экран, и его глаза взлетают к моему лицу. И это не сожаление или интерес, это немое предупреждение не нарушать границы.
Меня ошпаривает с головы до ног.
– Я случайно увидела, – лепечу на грани слышимости.
– Мне пора, – сообщает он, разворачиваясь к двери.
– Леш!.. – что-то подпирает горло изнутри, давит до невозможности держать это в себе, – Леша, если когда-нибудь тебе станет интересно, как я… жила все это время, я тебе все расскажу.
Напряженные широкие плечи замирают лишь на миг, а потом я слышу щелчок дверного замка.
– Спокойной ночи, Варя.
Хлопок двери. Звенящая тишина.
Я закрываю лицо руками и сползаю по стенке вниз. Делаю равномерные вдохи, задерживаю дыхание и отсчитываю секунды.
Я люблю его. Насколько бы проще было испытывать к отцу своих детей просто симпатию.
Но я люблю! Люблю каждой клеткой, каждым ударом сердца и каждой моей мыслью.
Люблю так, как никогда и никого. Навсегда и безнадежно.
Лешка… мой Лешка, ты лучшее, что случилось в моей жизни!
Разреши мне просто любить тебя!.
Атаки не случается. Помогает жесткий контроль дыхания и одно незаконченное дело.
Поднявшись на ноги, я умываю лицо ледяной водой и набираю Станиса.
Он отвечает сразу.
– Варя?..
– Привет. Прости, не могла ответить.
– Ты подала на развод, – заявляет он сходу.
– Да.
– Зачем? Я же просил подождать.
Его голос глухой и раздраженный, но меня это больше не трогает.
– Я не могу ждать, Стань…
– У меня из-за тебя будут проблемы!.. – взрывается муж.
– Мне жаль, но я хочу развода.
– Варя… – до слуха доносится звон стекла, словно он наполняет бокал, – Варя, дождись меня. Я прилечу на следующей неделе, и мы все подробно обговорим.
– Хорошо, – говорю я и, попрощавшись, отключаюсь.
Глава 31
Варя
Я все время вспоминаю случай, когда мы с мамой ездили в гости к ее двоюродной сестре в Екатеринбург. Она прилично старше ее, поэтому на момент, когда дочери тети Люды было двадцать шесть, я была шестнадцатилетней малолеткой, и наличие у нее двух детей-погодок было для меня потрясением.
Они визжали, кричали, плакали и все время дрались. Те две недели, что мы были у них в гостях, стали для меня адом, и тогда я решила, что больше одного ребенка ни за что не рожу.
Ха-ха.
Двухплодная беременностть стала ударом, но лишь до тех пор, пока не прошел первый шок. Потом я привыкала к мысли, что стану мамой близнецов, а когда осознала, что они могут быть Лешкиными, полюбила еще до того, как стал заметен живот.