Поел, помылся, лёг и почти сразу уснул.
— Хорошо. Ты ужинала?
— Нет. Да. Я не голодна.
— Мне кажется, мы повторяемся, — тихо произнёс мужчина. — Катя, мне нужно с тобой серьёзно поговорить. Предлагаю спуститься в сад.
Глава 17
Нельзя сказать, чтб Стелла совсем была не рада увидеть детей, но ей вполне хватило бы часа в их компании. Или меньше.
Нет, ну а что? Живы, здоровы, обласканы, игрушками задарены. Дом, сад, бассейн — всё в их распоряжении и толпа взрослых к их услугам.
Её детство было другим.
Стелла вспомнила, как мать купила один батончик «Марса» и один — «Сникерса».
— Светк, ты что больше любишь — Марс или Сникерс? — как-то спросила её одноклассница Маринка, расправляя бумажку из-под уничтоженного лакомства.
— Баунти, — брякнула она, лишь бы отвязаться. Нечего говорить, что и эту конфету она «ела» только глазами.
— Фу, хрустит, будто траву ешь, — скривилась Марина и отвлеклась на другую девочку.
А Света тогда почувствовала себя такой ущербной… Разве она виновата, что маме вечно зарплату задерживают, да и та не такая большая, как хотелось бы? Нет, они не голодали, и в ремках девочка не ходила, но мать экономила на всём, приобретая только то, что «по карману».
И вот однажды…
— Это на Новый год, не трогай! — приказала мама дочери, и на её глазах убрала диковинные конфеты в холодильник.
Света честно держалась. Занимала себя уроками, прибрала дома. Подумала, прошлась с веником и тряпкой ещё раз. Переложила вещи на своей полке в шкафчике, потом расставила учебники по цвету.
Но в первый день она устояла.
Дальше пошло легче — за повседневными делами, школой, уроками конфеты стирались из памяти, но стоило открыть старенький «Саратов», как глаза сами останавливались на батончиках. И когда до вожделённого Нового года оставалось три дня, Светка не выдержала.
Девочка достала конфеты, сначала долго рассматривала их, потом осторожно раскрыла одну. Понюхала. Лизнула. И, зажмурившись от предвкушения, откусила.