Я же прекрасно понимаю, что ваша размолвка со Степаном это только следствие того, что у тебя не хватает сил. Ну, побудь немного моей дочерью. Съезди вечером погулять, не несись ты домой после учёбы, как оголтелая. Пойми, со мной ничего не случится, а если что-то случится, ты вряд ли сможешь повлиять на это.
Роза тяжело вздохнула и покачала головой.
Я обняла дочь за плечи, проводила её на кухню и стала накрывать на стол.
Вечер был такой медлительный, такой ленивый, что Роза первой заметила, что пора спать и действительно пора было спать, особенно ей, потому что она переживала.
Я проводила дочь в спальню, сама осталась в кухне убирать со стола, переставлять посуду, и меня не покидало чувство того, что все идёт наперекосяк. Все настолько сейчас нелепо у нас выходило с этим разводом, что даже глупо! Нормальные люди разводятся, быстро строят планы, а я оказалась в такой ситуации, что развестись надо, но только как решить все вопросы, связанные с ребёнком, мне пока не представлялось вероятным.
Когда я проходила мимо спальни дочери, то замедлила шаг и услышала негромкий голос.
— Да, привет, да, я понимаю. У меня все так же, Степ, я, — выдохнула Роза, и я, покачав головой, медленно качнулась в сторону своей спальни.
Мне казалось низким подслушивать разговор дочери с её молодым человеком. Это первое. И второе. Я очень сильно боялась, что она сейчас все равно будет стоять на своём и скажет, что ничего у них не может быть, но я действительно считала, что поступок Виктора с тем, то, что он подарил им отпуск, это многого стоит, и, наверное, именно из-за этого, поддавшись какому-то фатальному безумию, после душа я вытащила мобильник и, уже лёжа в кровати, написала короткое сообщение.
«Спасибо, что поговорил с Розой».
Мой палец очень долго метался над кнопкой отправить, но все-таки, зажмурив глаза, я отослала сообщение и думала, что Виктор уже не прочитает и, вероятнее всего, может быть, он занят, но вместо этого мне тут же прилетел ответ.
«Спасибо, что воспитал её такой».