На правой руке у нее висит черная кожаная дизайнерская сумка.
— Что ты здесь делаешь? — требую я, мою кожу покалывает от ревности. Мой разум делает выводы так же быстро, как бьется мое сердце.
— Я здесь, чтобы увидеться с Раятом, — улыбается мне она. На ее идеально ухоженном лице больше нет удивленного взгляда. — Что ты здесь делаешь?
— Я здесь живу, — говорю я, вздернув подбородок.
Она смеется."
"— Ну, тебя не было здесь последние три недели, а я была.
Нет! Я не верю ни единому ее слову. Раят много кто, но точно не изменщик.
— Ты лжешь.
— Да ладно, Блейкли, — смеется она, делая шаг ко мне. — Ты же не думала, что он останется верным после того, как ты его бросила, правда?
Я остаюсь на месте, позволяя ей подойти ко мне.
— У такого мужчины, как Раят, есть потребности, — она проводит языком по верхним отбеленным зубам. — Потребности, для удовлетворения которых тебя здесь не было.
Остановившись, она выпячивает правое бедро.
— Кто-то ведь должен был его удовлетворять.
— Тогда, наверное, я должна поблагодарить тебя, да? — спрашиваю я, выгнув бровь.
— Это я должна тебя поблагодарить, — она дотрагивается указательным пальцем до кончика моего носа, и мне стоит больших усилий не откусить его. — Если бы ты не убежала, как маленькая испуганная девочка, Раят, возможно, никогда бы мне не позвонил.
Я тянусь вниз, правой рукой кручу обручальное кольцо, а потом изо всех сил бью ее по лицу.
Задыхаясь, она подносит руку к лицу и роняет — как я предполагаю, это ее сумка для ночевки — к своим ногам. Убрав руку, она смотрит на кровь из пореза, оставленного на ее щеке моим кольцом.
— Сука! — шипит она.
— Прости, это мое обручальное кольцо тебя порезало? — спрашиваю я, даря ей извиняющуюся улыбку.
— Ты гребаная сука… — обвиняет она меня.
img_1.jpg
Я сижу на диване, одетая в тренч Синди. Покончив с ней, я сделала макияж и прическу, а затем уселась поудобнее, ожидая, когда мой муж вернется домой бог знает откуда.
Услышав, как открывается и закрывается входная дверь, я сдерживаю улыбку. Несколько секунд спустя в гостиную входит Раят, одетый в ту же одежду, в которой ушел, и останавливается.
— Что ты все еще здесь делаешь? — требует он, оглядывая меня.