Снова и снова в голове мысли. Где я так просчиталась? В какой момент упустила?
Нет, ну он же нормальный был? Реально! Лет до тридцати пяти вообще практически золотой мужик!
Ну, были косяки, а у кого их нет? У меня тоже были. Я тоже так-то девочка с характером, зубы обломать любому могла. Но с Игнатовым, да уже и не в первые годы брака, конечно же вела себя сдержанно, старалась.
Я вообще очень старалась для семьи. Всегда думала, что мы должны держаться друг друга, быть сплоченными, вместе добиваться целей.
Вот и получилось — вроде как он добился, да, а я не при делах?
Нет уж, нет уж.
- Ада стой, хватит, тормози!
Мы уже вышли из особняка, и я иду в сторону парковки, на которой оставила свою машину.
- Да что ты хочешь от меня? Что тебе надо?
- Ты нормальная? Ты моя жена! Я хочу поговорить!
- Поговорить, да? Жена? - торможу резко, как он и просил, поворачиваюсь, глядя этому потаскуну в лицо. — А когда ты секретутку свою в кабинете наяривал ты не хотел поговорить? Не помнил, что у тебя, вообще-то есть жена? Или когда трахал супруг компаньона своего карамельного? Со мной это перетереть не хотелось?
Или, может, когда хламидии мне от очередной бляди притащил? Прекрасный подарок жене, спасибо, что не букет!
- Ада!--резко рявкает он, и тут же понимает, что зря.
- И не смей на меня орать, Игнатов! Вообще лучше закрой свой рот и не отсвечивай, если хочешь выйти из этой истории живым, ты понял меня?
- ТЫ.
- Я последний раз тебе говорю - не зли меня! Просто не зли!
- Что ты меня? Что? Ударишь? Попробуй, мразь! Только пальцем тронь! Я тебе устрою такой Армагеддон, чтобы забудешь, как тебя звали, и я не шучу сейчас! И вообще.
- Не много ли ты на себя берешь, Ада?
Он всё-таки хватает меня, прижимая к себе. Со стороны, наверное, кажется, что между нами бурлит страсть, увы, это кипит ненависть. Хватаю его за пиджак, чуть вниз стягивая, так, чтобы наши лица были более-менее на одном уровне.
- Это ты на себя много взял, Игнатов, тебе не унести.
- Осмелела, да? Думаешь, самая умная?
- Нет, не думаю. Дура! Дура, которая на такое ничтожество жизнь свою положила.
- Неужели? Ничтожество? А может, ничтожество это ты? — Макар продолжает меня крепко сжимать, лицо его просто дышит ненавистью, но и я не отстаю, мечу молнии, ожидая услышать поток мерзости в свою сторону.