Меруерт даже не смогла вспомнить, когда в последний раз у них была близость. С возрастом её стало всё меньше - раз или два в неделю, но она считала, что это вполне нормально для сорока семи. Ей же было невдомёк, что муж уже не видит в ней любимую, желанную женщину.
Сдерживая слезы, Мира отвела волосы от лица, решительно встала и направилась в ванную помыть руки. По привычному распорядку она бы переоделась и пошла готовить ужин на двоих. Но есть весь день не хотелось и к вечеру аппетит так и не пришел. В квартире раздался громкий звонок домофона и Меруерт вздрогнула.
-Кто там?
-Я! - бодро отозвалась лучшая подруга Белла. -Открывай быстрей, я замерзла.
Мира быстро нажала на кнопку и принялась хаотично прибирать и без того чистую квартиру. Она была рада, что Белла приехала, пусть и без предупреждения. В одиночестве Меруерт бы снова впала в депрессию, рыдала в подушку и вспоминала мужа.
-Мира, у вас в лифте сильно воняет дешевыми духами, - заявила Белла с порога.
-Да? Я не почувствовала, - рассеянно ответила хозяйка. - А что это у тебя?
-Жратва. Скорая медицинская, - поставив на комод пакет из магазина, сказала она. - Щас поляну накроем, почти как в 90-е, только круче. Помнишь?
-М-да, мы были голодными, но счастливыми, - забрав гостинцы, Мира повернула на кухню.
-Ага, а теперь мы сытые и несчастные. Шутка. После сорока все только начинается, - Белла повесила пальто на вешалку и пригладив растрепанные волосы, пошла за подругой."
"Белла развелась в тридцать семь - зстала мужа за изменой, потом выгнала его, несмотря на то, что он просил прощения и хотел вернуться. Вот уже десять лет она была одинока и крайне избирательна в связях для здоровья. А так как в этом возрасте “всех хороших мужиков разобрали”, то госпожа Бакунц предпочитала вдовцов или глубоко разведенных.
-Ну и зачем ты потратилась? - сокрушалась Мира, разбирая пакет.
-Анестезия нам не помешает, - взяв в руки бутылку армянского коньяка, цокнула она. - Лимончик, конфетки, сыр. Правда теперь говорят, что закусывать коньяк лимоном - моветон.