Пальцы почти полностью посинели.
Честно говоря, Ясмин побаивалась, что если попытаться дать пленнице воды, та захлебнется, настолько она ослабла. Ясмин не хотелось думать об этом, ибо если женщина умрет, девушки будут виновны в двойном убийстве. За это положено пожизненное заключение, а значит – прощай, белый свет. Ну что она будет делать, когда в сорок пять лет окажется помилована и выйдет из тюрьмы, без образования, зато с вечным клеймом судимости? Разве получится у нее, сидя за решеткой, накопить на билет и отправиться на другой конец света? Сможет ли она заниматься чем-то, помимо проституции? Конечно, ей этого не хотелось бы… Но как тогда поступить? Если Дениса не вернется в течение одного-двух часов, Ясмин сбежит.
Ясмин собрала купюры и набила ими кожаную сумку, из тех, что считались модными лет тридцать назад. Вряд ли кто-то заподозрит, что внутри может находиться кое-что, кроме старого барахла. Она отправится на городской электричке на главный вокзал, там выйдет на Ингерслевсгэде и сядет на автобус до Вайле.
Как только она окажется в Ютландии, перед ней откроются бесчисленные возможности уехать в южном направлении, а ей только этого и надо было. Поскорее выбраться из страны, да подальше. Смыться и больше никогда не возвращаться. В автобусной компании «Абильскоу» «зеленый билет» до Берлина стоит всего сто пятьдесят крон, а из Берлина она может отправиться в любую точку мира.
Женщина в ванной снова принялась стонать, но все тише и тише.
Взгляд Ясмин заметался по комнате, будто она пыталась отыскать, на что бы переключить внимание."
"– Принести, не принести, – пару раз произнесла она себе под нос, а затем все-таки отправилась на кухню за стаканом воды.
Едва она наклонилась над стальной раковиной, чтобы наполнить стакан водой, кто-то постучался в дверь соседней квартиры.
Ясмин немного отодвинула штору, висевшую на кухонном окне, и тут же отпрянула, когда смуглый мужчина, стоявший у входа в квартиру, посмотрел в ее направлении. Ясмин задержала дыхание и юркнула в угол к холодильнику. «Интересно, он меня видел?» – застыв на месте, думала она.