Что вообще этот парень о себе вообразил?
Положив мобильный телефон в карман, Мёрк с удивлением посмотрел через Блейдамсвай на огромное новое здание, выросшее вокруг Королевской больницы. Неужели он так давно здесь не бывал?
– А куда, черт возьми, подевалось отделение лучевой терапии? Вход, кажется, должен был находиться вон там. – Он указал на нагромождение рабочих бытовок и временных заграждений.
– Видимо, в недрах этого хаоса. По крайней мере, табличка маячит где-то там, – сказал Ассад.
Карл заехал на диагональную парковку, кузов машины оказался наполовину на тротуаре.
– Мы приехали вовремя, Анне-Лине Свенсен подойдет только через четверть часа, – констатировал Мёрк и поглядел на часы. – Это будет не сложнее, чем поймать слепую курицу.
Они преодолели лабиринт из строительных вагончиков и теперь двигались по стрелке к подъезду № 39 и входу в отделение лучевой терапии.
– Карл, ты когда-нибудь бывал здесь раньше? – поинтересовался Ассад. Он явно чувствовал себя некомфортно, когда они спускались по широкой винтовой лестнице и подходили к рентгенологическому отделению.
– Сюда приходят исключительно по необходимости, – ответил Карл. Он искренне надеялся, что у него такой необходимости никогда не возникнет.
Полицейские прошли сквозь автоматическую дверь и очутились в большом приемном отделении. Если абстрагироваться от причины, по которой люди посещают это место, тут было даже довольно уютно.
– Добрый день, – поздоровался вице-комиссар, протягивая медсестре полицейское удостоверение. – Мы являемся сотрудниками отдела «Q» Управления полиции и намереваемся задержать одну из ваших пациенток, которая придет через несколько минут.
Медсестра посмотрела на него так, словно не было ничего хуже идеи явиться сюда волновать пациентов.
– Мы вынуждены попросить вас сделать это за пределами отделения лучевой терапии, – ответила она. – Мы имеем дело с пациентами в критическом состоянии, так что будьте добры внять моей просьбе.