Морщусь… Ненавижу все это - больницы, уколы, капельницы…
- Ангелина, ты беременна, – осторожно сообщает тренер, словно прощупывая почву. - Ты знала об этом? - васильковые глаза смотрят прямо. Тренер рассчитывает на честный ответ. - В твоем положении категорически запрещен такой активный график работы.
На секунду удивляюсь тому, что, похоже, Татьяна совершенно спокойно относится к моей беременности.
В отличие, от меня самой… Я молчу не потому, что не хочу говорить, а потому, что не знаю, что сказать. Ведь все это время я даже сама толком не осознала, что именно со мной произошло.
- Максим знает? - Татьяна, крепче сжимает мою руку.
Впервые реагирую очень живо, вскидывая глаза на Жарову. Бескровные щеки тут же наливаются пурпурным румянцем.
- Нет, – шепчу, чувствуя себя беспомощной, как никогда. Мне безумно себя жаль, словно я безнадежно больна.
- Почему, Ангелиночка? – голос Татьяны смягчается, в глазах горит неподдельное ничем не прикрытое беспокойство.
Отрицательно качаю головой, от чего распущенные светлые волосы змейками струятся по больничной наволочке.
- Ничего не понимаю, - бормочет Татьяна. – Если ты все знала, то…
Облизываю пересохшие губы. Мне мучительно стыдно. То, что я хочу сказать, не принято произносить вслух, но я не хочу обманывать ни себя, ни тренера.
- Не сказала, потому что… - запинаюсь, но ощущая крепкое пожатие пальцев Татьяны, нахожу в себе силы продолжить, – потому что… я не хочу его оставлять, - и опускаю глаза, не в силах смотреть в лицо Татьяне.
Судорожное движение ее пальцев все же заставляет поднять взгляд. Лицо женщины бледнее обычного, глаза тревожно блестят.
- Но как же…- шепчет она. - Ты хорошо все взвесила, Ангелина?
Я вижу, что мои слова произвели на женщину огромное впечатление.
Порывисто подавшись вперед, она сильнее сжимает мою ладонь.
— Это очень серьёзное решение, - Жарова заглядывает мне в глаза, а затем страстно продолжает: - Назад дороги не будет.
- Да, я понимаю, – киваю, прикусывая губу. Все мое существо раздирает дикое желание разрыдаться. Дрожащей рукой откидываю в сторону упавший на глаза локон. – Я все решила. Я не готова стать матерью. Я хочу строить карьеру.
- Я понимаю твои чувства, милая, - серьезно откликается Татьяна. - Только вот… ты уже мама.