Если быть точнее, отшвырнула от себя, словно ядовитую кобру, и спешно увеличила расстояние между ними.
— При чем здесь Дима?
— А ты не догадываешься?
— Что вам от меня нужно?
— Ничего. Успокойся!
— Неправда! — она повысила голос, все отчетливее понимая – этот мужчина ей врет. — Вы очень хитрый лис! Делаете вид, будто просто беседуете со мной, а на самом деле… выуживаете информацию! Вы просто… пользуетесь моим «болтливым» состоянием. Я ни слова вам больше не скажу!
В ответ собеседник громко загоготал и, присвистнув, захлопал вдруг в ладоши.
Совсем умом тронулся?
— Браво, девочка! Браво. Раскусила старого волка.
Она не понимала уже ровным счетом ничего. Лишь напряженно взирала на веселившегося гостя, ожидая его дальнейших действий.
Не дождалась! Нервы сдали гораздо раньше.
— Знаете, я передумала поить вас гадким чаем! Обойдетесь, — Лиза гордо вскинула подбородок и расправила дрожащие плечи. — И вообще… шли бы вы… к Петру Петровичу!
Вслух произнесла и замерла, внутреннее каменея от ужаса.
Господи, неужели этот высокомерный голос действительно принадлежал ей?
Реакция на подобный выпад не заставила себя ждать:
— И не боязно тебе, лапуля, взрослого дяденьку неведомо куда посылать? Непорядок же!
Грозно рыкнул мужчина.
Несколько бесконечно долгих секунд Лиза напряженно вглядывалась в лицо Маги. К великому облегчению, так и не нашла там даже отголосков агрессии. Разве что… недовольно сдвинутые брови.
— Почему неведомо куда? — с трудом, но изобразила искреннее удивление.
Развернувшись на каблуках, Лиза решительно шагнула в сторону друзей. Однако следующая фраза, прилетевшая в спину, заставила ее замереть на месте:"
"— В твоих жилах течет его кровь! Теперь вижу – наверняка это знаю. Уверен! — произнес Дудаев с некой торжественностью в голосе, точно клятву давал. — А это значит – я всегда буду на твоей стороне. Даже если однажды случится так, что на ней вообще никого не останется – я буду!
Она ничего уже не могла с собой поделать.
Рванула обратно. Быстро. Стремительно.
— Спасибо! — смущенно улыбнулась. — Не представляете, как это для меня…
Громкий и очень уж неприличный смех Соколовской разрезал ночную тишину, заставляя Лизу умолкнуть на середине фразы и внимательно уставиться на друзей. Гордеев гоготал так же громко. Без устали кружил Вику, всячески вертел, удерживая на руках.