— Что думаешь?
Он присмотрелся к обнаруженным датчиками сигнатурам. Умение читать и анализировать энергетические матрицы в последнее время стало одним из обязательных условий выживания. Учиться пришлось быстро.
— Выходы червоточин в полутора сотнях километров. Конструкты уже на подходе. Через пару часов окажемся в эпицентре событий.
— Нам нет смысла ввязываться в бой, — Ида оценила риски. — Гибрид проиграет схватку на поверхности, но при защите сети бункеров получит преимущество. В конечном итоге его уничтожат, но инки не получат искомого.
— Согласен, — кивнул Игнат, просматривая отчет о современном состоянии небоскреба. — Сколько тебе нужно времени на полное копирование данных?
— Еще час, как минимум. Потом я уничтожу исходники. Ну а пока соберу физические результаты исследований — образцы нанитов и прототипы устройств.
— Остается два вопроса. Что делать с криогенными залами и как будем уходить?
— Смотри, — она воссоздала трехмерную модель уровня. — Криогенные залы имеют дополнительную защиту и автономные источники питания.
— Считаешь, что людей еще можно спасти? Зверев не продержался и четверти часа.
— Есть куда более продвинутые технологии, чем тут. Корпорация «Биомед» сделала лишь первые шаги в области низкотемпературного сна.
— Хорошо. Решили. Мобилизуй всех сервов, неподконтрольных тиому. А я попробую обеспечить нас транспортом. Если уйдем хотя бы на сотню километров к югу, то сможем безопасно связаться с Ханом и запросить эвакуацию.
Со стороны их разговор мог показаться сухим, лишенным человеческих эмоций, а слова и формулировки слишком уж точными, бездушными.
Игнат и Ида этого не замечали, дискомфорта или фальши не испытывали. Их страсть никуда не исчезла, но затаилась, словно пережидала силу неодолимых обстоятельств.
— Пойдешь в криогенные залы?
— Нет. Не хочу бередить обрывки воспоминаний. Займусь путями отхода, — ответил он. — Что с телом капитана?
— Сервы снова переместили его в криокамеру.