Ликас сжал несколько раз пудовые кулаки, взъерошил короткий ежик волос – колеблется? Не смотря на то, что он приносил клятву маме? Ликас колеблется? Великий, что они натворили?
– Мы… нас…
– Аллари разделились, – выдохнул Старик, тщательно набивая табак в трубку. – Никому не ведомо, какая ветка событий прирастет следующей. Есть те, кто считает, что все Высшие – враги…
– … и их нужно уничтожить, – продолжила я тихо. – И даже я…
– Ты – ученица Мастера, – отрубил Ликас. – Неприкосновенность в круге – это то, что будут соблюдать все.
Мастер выбил для меня целую зиму – именно это и было целью по-настоящему? Обеспечить безопасность?
– Мы – вымираем, – несколько колечек дыма поднялось к потолочным балкам – старик раскурил трубку. – Главное – сохранить наш род, поэтому … мы сотрудничали с Аю.
Я ошарашено переводила взгляд с одного на другого – разве не Ликас вбивал мне в голову много раз – держаться подальше от магистра?
– Мы выполнили свою часть соглашения, – ещё несколько колечек дыма поднимается вверх, – И Высшая предупредила в срок – и Табор ушел.
– Мор, – вынужденно пояснил Ликас. – Черной смертью исход тварей стали называть позже. Изначально, черная смерть – это мор, так горцы зовут ту заразу, что принесли с собой Высшие.
Пиала звякнула о столешницу – чай расплескался и мне обожгло пальцы, но я не заметила.
– Но тогда… те кто остался… вы… Ликас… Нэнс! Все, кто в поместье…
– Каждый сделал выбор – уйти или остаться, – старик неторопливо пыхал трубкой, как будто все время мира ждало его впереди.
– Но… Ликас! Нужно было сказать! Нужно срочно варить эликсир и…
– Мы сделали ставку на тебя, девочка, – старческие ясные глаза сверкнули, – не подведи нас.
– Да это псаки знает что…, – аларийцы молча выслушали трехэтажные матерные конструкции, пока я не выдохлась. Сумасшедшие аларийцы! Аларийцы, у которых поехали все плетения разом! – Это мор! Мор! Это значит, что все аллари – все – заболеют! Нужно было сразу сказать мне!
– Черная смерть может прийти, а может и не прийти, – совершенно равнодушно протянул старик, – или прийти другая, или мы уйдем в Источник по какой-то иной причине – это никому не ведомо… это не важно…
– О, Великий! – я застонала, закрыв лицо руками.
– Дожить до рассвета, – старик выдохнул дым почти мне в лицо. – Так сказал Помнящий.