Ты ещё не смутные времена, а эпоху исхода вспомни, – огрызнулась я. То, что мой пра-пра выиграл в карты часть их земель – эта байка была ну очень старой.
– Наши, – упрямо боднул головой Анастас. – И спроси своего дружка, спроси – столькие тогда подавали прошение об опеке над детьми Блау? Сколькие из кланов Предела? Сколькие ждали, что алтарь отвернется от сира Блау и будет ждать истинного наследника? Тиры – уж точно! Просто у нас больше всего прав!
Кантор вздрогнул.
– У тебя была возможность вырасти вместе с «золотым» мальчиком, если бы их прошение удовлетворили! Или… – он заржал снова, – или с Маршей… вы две змеи точно подружились бы….
– Умолкни! – бросил ему Тир.
– С вассалами не дружат, – откликнулась я эхом. Опека – это вассалитет, и вряд ли кто-то вернул бы Блау статус.
– Мне терять уже нечего и я скажу. Никто из нас не выйдет отсюда, – Анастас кивнул в сторону пещеры – купол клетки опять стал прозрачнее. – Блау займет место по центру, а нас ждет тоже самое, что и этих – одна татуировка и все станут тупыми овощами, выполняющими чужие приказы.
Один из учеников, одетый в синюю форму Кернской дернулся рвано, споткнулся, дернулся ещё раз и упал, его мотало из стороны в сторону, пока не забился в конвульсиях и … купол клетки снова затянуло пеленой молний.
– Овощей никогда не бывает много, и овощи выходят из строя, если отдавать приказы слишком часто. Поэтому всегда нужно иметь смену под рукой, – Хейли похабно подмигнул Кантору.
– Заткнись! – Кантор рванул вперед, но я отставила ногу – перегородив путь.
– Пусть говорит.
– Вайю…
– Пусть скажет."
"– Все знают про новую шахту с кристаллами, – торопливо выговорил Хейли и прищелкнул от удовольствия языком, проследив за моей реакцией. – Ты не знала? На наших землях, которые украли Блау – нашли кристаллы! На наших землях! – он говорил быстро и лихорадочно, глотая слова.