Комод был слишком громоздкий и тяжёлый, поэтому пришлось воспользоваться креслом, я прислонила его к двери так, чтобы ручка упиралась в спинку и стопорила её.
- Вот теперь другое дело!
Я задрала подол и достала волшебную палочку, кот сидел на кровати и внимательно за мной наблюдал. Морда у него при этом была такая задумчивая. Заметив в моих руках палочку, он склонил голову набок и мяукнул, словно спрашивая: что это?
- Не понимаю я тебя, - я вздохнула. – Вот было бы здорово, если бы ты умел разговаривать!
Палочка вдруг выдала сноп мелких искорок.
- Эй, ты чего? Только не сломайся, пожалуйста! – потрясла я её.
Волшебная пыльца осыпалась и погасла, часть попала прямо на кота. Он мотнул мордой и громко чихнул.
- Будь здоров! – пожелала я ему.
Заглянув в кружку, я проверила, есть ли в ней вода и задумалась.
- Интересно, ты чего больше любишь: молоко или сметану? Говорят, коты очень сметану любят!
- Сливки я люблю! Да пожирнее! – ворчливо донеслось со стороны кровати.
- Ой! Кто тут? – я заозиралась, прекрасно понимая, что в комнате кроме меня и кота никого не должно быть.
Опустившись на колени, я заглянула под кровать. Никого. Кот спрыгнул на пол и присоединился ко мне.
- Что там? – сунул он любопытную морду.
- Мамочки! – охнула я. – Ты разговариваешь!
Кот обернулся и посмотрел на меня как на глупенькую.
- Ты же сама пожелала, чтобы я начал говорить. Кстати, ты мне сливок обещала!
- Молока! – машинально поправила я его.
- Ладно, давай молока.
Воду в кружке я всё же превратила в сливки, попросив у палочки наколдовать самые жирные.
- Вкууусно! – кот аж причмокивал от удовольствия.
Наевшись, он принялся намывать лапой мордочку, а после запрыгнул на кровать, свернулся клубочком и мерно заурчал.
Ну, что ж, главный пункт завещания я выполнила, связь скотом наладила.
Помимо завещания в конверте лежало свидетельство, в котором говорилось, что Мари Серт-Торелли является единоличной хозяйкой усадьбы «Сломанная подкова». Следующий документ удостоверял право собственности на 267 акров земли (более ста гектаров).