Томми убежден, что этот тип свихнулся, но у меня такое чувство, будто все сказанное им тщательно отрепетировано. Теперь остается только выяснить его истинные намерения.
Поняв, что теряет самообладание, она судорожно вцепилась в Ника.
– Поверить не могу, что это происходит со мной, – дрожащим голосом пролепетала она. – Вы слышали, что он сделал с этой женщиной? Как ее терзал? Вы…
Ник ободряюще сжал ее руки.
– Лорен, сделайте глубокий вдох. Попробуйте.
Лорен послушалась, но это не помогло. Кошмар происходящего наконец настиг ее.
– Так лучше?
– Да, спасибо.
Он едва подавил порыв обнять ее и утешить, как собственную сестру, но не знал, как отреагирует Лорен, поэтому просто сидел и ждал, пока она придет в себя. Она мертвой хваткой стиснула лацканы.
– Вы давно приехали?
– С час назад.
Оба смолкли. Тишину нарушали лишь тиканье часов над раковиной и приглушенный голос Томми, доносившийся из гостиной.
– Тебе плохо? – выдавил он. Лорен смахнула прозрачную капельку.
– Я думала о той женщине, Милли, и обо всем, что он сделал с ней.
Чай остыл, и она решила заварить свежий себе, а заодно и Нику. Нехитрые хлопоты немного отвлекли Лорен и дали время взять себя в руки.
Ник пристально наблюдал за ней, вежливо поблагодарил за совершенно ненужный чай и, подождав, пока Лорен снова сядет, заметил:
– Я все гадал, как вы перенесете это известие.
– Надеялись, что я крепче, чем кажусь?
– Что-то вроде этого.
– А чем вы занимаетесь в ФБР?
– Розыском пропавших без вести.
– И кого же вы находите?
– Если повезет?
– Именно.
Ник нажал кнопку перемотки и посмотрел на Лорен.
– Детей. Я нахожу детей.
Его глаза потемнели, но он не отрывал взгляда от Лорен, пытаясь проникнуть в ее мысли. Неужели анализирует каждое ее движение, словно сидит за шахматной доской и рассчитывает ходы? Пытается найти ее слабое место?
– Это подразделение специального назначения, – пояснил он, надеясь положить конец обсуждению его работы.
– Жаль, что нам пришлось встретиться таким образом, в подобных обстоятельствах.
– Да, верно.
– Смотрите, как дрожат! – воскликнула она, вытягивая руки. – Я так зла, что кричать готова.
– Валяйте.
Девушка недоуменно встрепенулась:
– Что?
– Кричите.