Ну, всё! Понеслась, родимая!
– Зачем эта постоянная игра? Ты сама не путаешься в своих ролях?!
Мне не нравились его вопросы, а ещё больше мне не нравилось, в какую сторону идёт подкоп. Отвечать я точно не стану!
– Ты обвиняешь меня, что я превращаю тебя в куклу, хотя сама ею и являешься. Остаётся разобраться, кто кукловод.
– Я! Только я! Мне кажется, мы это уже обсуждали. Я бабочка, я порхаю с цветка на цветок.
Чёрт, вот спрашивается, что ему от меня надо?! Зачем пытаться ковыряться в моей душе, если через неделю мы разойдемся как в море корабли.
– Жизнь бабочек коротка. Тебя это тоже устраивает?
Слегка повернула голову в его сторону. По выражению лица понять, что там за мысли и какие мотивы этого более чем, странного разговора, я не могла.
– Я не планирую жить вечно. Или это угроза?
В голове снова вспыхнула фантазия, как Роман выкидывает меня из своего личного самолёта с криком: «Лети, бабочка! Лети!», но без парашюта. Мысленно вздрогнула, хотя эта смерть была прекрасна своим началом.
– Угрожать тебе, себе дороже выйдет. Просто хочу оценить твои приоритеты.
Я ухмыльнулась. Запретить оценивать и анализировать я не могу, но вот помогать в этом деле точно не собираюсь.
– Я бы не советовала, но думаю, ты меня, как обычно, не станешь слушать и всё сделаешь на своё усмотрение.
Моего домашнего адреса никто не спросил, но везли правильно. Значит, темных делишек Савельев не планировал.
– Какие вопросы о поездке ты хотел со мной обсудить? – вернулась к началу, так как вдали уже виднелся мой дом.
Я любила свою двухкомнатную квартирку с небольшим балконом на последнем этаже десятиэтажного дома. Новый дом, современная планировка, недалеко от центра города. Одни плюсы.
– Я хотел попросить тебя быть более серьёзной. На заводе накопились дела, планируется пара встреч, и всё это в сжатые сроки.
Вот оно как! Конечно, немного обидно, но тоже честно! Обидно, что эта приставучая Ромашка с такой лёгкостью видит мою игру. Я- то надеялась, что он уверится в моей недалекости, как многие другие, и махнет рукой.