— Мы с Маргаритой Андреевной живём в соседних подъездах! — умоляюще и многозначительно сказала-посмотрела несчастная Людмила на врача.
— О, Маргарита Андреевна, мы вполне обойдёмся без вас! — веско намекнула подруге Татьяна Георгиевна.
— С чего это вдруг?! — возмутилась Марго и, подхватив под локоток уже синеющую Люду, повела её к креслу. Та покорно пошла. И, усевшись, завела свою песню по новой, обращаясь уже к Маргарите Андреевне:"
"— Маргарита Андреевна, вы только не смейтесь! Вы же знаете, как меня любят мужчины и что у меня двое детей.
— А что тут смешного-то?! Да у меня вообще чувства юмора нет! — строго сказала Марго. — Люда, давай уже ложись, бога ради!
— Только вы не смейтесь, Маргарита Андреевна! И вы, Татьяна Георгиевна, не смейтесь!
— Да не родился ещё на свет тот человек, который меня рассмешит! — громыхнула Марго и начала заваливать свою соседку-протеже на кресло.
Татьяна Георгиевна молчала, потому как уже еле сдерживала смех.
— Я слышала, как смеялись, когда мне делали последний аборт… Сквозь сон всё слышала! Смеялись, потому что — только не смейтесь, Маргарита Андреевна, — смеялись потому, что у меня огромный клитор!
— Ой, да они не над тобой смеялись. Наверняка над чем-то своим смеялись, просто ты после укола очухивалась, вот и напридумывала себе всякого! Что мы, клиторов не видели с Татьяной Георгиевной?! Да мы знаешь, сколько этих клиторов за свою жизнь перевидали с Татьяной Георгиевной? Да ты, Людмила, столько хуёв в самом своём сладком сне не увидишь никогда, сколько мы с Татьяной Георгиевной за свою жизнь клиторов перевидали! Раздвигай уже ноги, что ты как маленькая?!
— Только не смейтесь! — выдохнула последний раз Людмила, решительно легла на спину и раздвинула ноги.
Татьяна Георгиевна так и застыла с протянутой уже было рукой в перчатке, разглядывая наружные половые органы Маргошиной клиентки «на спираль».
— Ни хера себе! — констатировала Маргарита Андреевна после секундного замешательства. — Это уже не клитор… А целый хуй!
И тут предохранительный клапан сорвало. Первой хихикнула Татьяна Георгиевна. Затем засмеялась Маргарита Андреевна. И самой последней заржала в голос Людмила.