Акушерство в полном объёме! Все бумажки у профессора и начмеда подписаны! — упредил он возможные выпады заведующей.
— Чего все хохочут? — зло поинтересовалась она.
— Ой, Татьяна Георгиевна, Александр Вячеславович такую смешную историю рассказал! — вытирая слёзы, выступила Марго. — Короче, родильный дом, под окнами бродит мужик. Баба его с четвёртого этажа ему из окна орёт: «Мне сделали кесарево и заодно удалили кисту!» А он ей в ответ: «Как это так, удалили пизду?!»
Все ординаторы валялись.
"— Хрен с вами, Александр Вячеславович. Раз уж вы у профессора и начмеда всё подписали. Но имейте в виду, что тут работать — не сахар. Если вы хотите работать!
— Я хочу! — шутливо-подобострастно провыл интерн.
— И здесь не балаган! Соблюдайте для начала санэпидрежим! Я, конечно, понимаю, что ваши буйные чёрные кудри даже Маргариту Андреевну лишили её обычного хозяйственного запала, но на меня они не действуют.
— Татьяна Георгиевна, я буду лучшим интерном за всю историю этого отделения! — очень серьёзно заявил он.
— Ну что ж, идёмте на обход.
«Может быть, очень даже и неплохо, что будет в отделении этот яркий наглец.
После обхода заведующая занялась поступившей из женской консультации девочкой «на подшивку». У неё обнаружился кровоточащий полип шейки матки. Татьяна Георгиевна тут же сделала полипэктомию.
— Отправьте на гистологию. Cito![12] — распорядилась она.
Постовая акушерка тут же унеслась выполнять. Вымуштрованностью персонала своего отделения Татьяна Георгиевна Мальцева могла гордиться по праву.
— Татьяна Георгиевна, вы же должны были у неё взять вначале коагулограмму! А вдруг бы она закровоточила? — спросил её интерн, решивший, похоже, намертво прилепиться к заведующей.
— А вдруг бы она скинула такую желанную беременность, пока бы мы дожидались анализов? — вздёрнула бровь Татьяна Георгиевна.
— Всё равно, надо было назначить токолиз и ждать анализов.
— Какие грамотные пошли юнцы! — хмыкнула она в ответ.