Россия: мы и мир

Представляют они собой стальную пластину с полуобхватом запястья и тремя ремешками, которыми наручи плотно пристегивают к внешней стороне обеих рук до локтевого сгиба поверх кольчуги. Для удержания их в ладонях есть рукоятки, а на них сверху и снизу, а также спереди и сзади наручей имеются короткие, до пяти-шести сантиметров, острые конусные зубья – жала, для того чтобы пробивать любую кольчугу или панцирь. Подготовленный, натренированный боец с одними только наручами, как нож в масло, проникает сквозь любую вражескую массу, в том числе и вооруженную мечами и саблями, собственно откуда и возникали легенды о заговоренных, ни мечом, ни стрелою не уязвимых воинах.

Это особый, сейчас практически забытый вид рукопашной борьбы в толчее сражения. Засадный Полк был подготовлен в Сергиевых обителях прежде всего психологически – именно для такого многочасового боя, когда надо разить супостата, когда с ним лицо в лицо, когда надо плавать в крови его и ходить по горячим еще трупам. Подобной подготовки невозможно достичь, используя христианские нормы морали и нравственности.

Сергию Радонежскому удалось, казалось бы, невероятное: используя двойную маскировку – от официальной Церкви и неоднородного, зачастую предательского общества, на основе древних традиций, обычаев и верований (христианские догмы не годились для воспитания этого «спецназа»), воссоздать духовно-волевой потенциал и вскормить элиту внутри этноса, которую составляли не только ученики преподобного Сергия, но в большей мере представители светского, княжеско-боярского сословия.

Образ Радонежского, словно незримый стяг, реял над головами многих потомков, благодаря чему элита просуществовала целый исторический виток и только с реформами Петра была заменена на новую.

За последние сто лет Россия претерпела столько потрясений, связанных с проблемой власти и государственного устройства, что любая другая страна давно бы развалилась, расчленилась, расщепилась на составляющие, непременно утратила независимость и сгинула, аки обры.

После каждой революции, смутного времени, перестроечного раздрая, когда все «до основанья, а затем...», кажется: рухнет и фундамент, ан нет, на удивление авторов потрясений – стоит! И самое главное, способен выдержать даже мощнейший внешний удар, каким, например, была Великая Отечественная или Первая «холодная война».