— Юдин сокрушенно покачал головой, невольно вспоминая, как близок был к фиаско.
— Опасно…
— Без тебя знаю.
— Куда ее? — Рустам кивнул на женщину в своих руках.
— Ко мне в комнату неси.
Тот, не говоря больше ни слова, развернулся и пошел к лестнице. Михаил не сомневался, что охранник выполнил все как надо, поэтому не спешил. Закрыл тайный люк, внимательно все осмотрел на наличие оставленных следов и направился за ним.
Вошел в комнату и сразу же увидел Симону, лежавшую на его кровати. Она тихо спала, лицо было спокойным и умиротворенным, а крохотная жилка на шее мерно билась.
Михаил подошел ближе и несколько бесконечно долгих секунд просто рассматривал свою пленницу. Затем провел пальцами по острой скуле, щеке, спустился на шею и двинулся к вырезу платья, туда, где ровно вздымалась упругая грудь, едва прикрытая красной тканью. От остроты ощущений перехватило дыхание, возбуждение зародилось в глубине души и хлынуло по организму, сосредотачивая свою мощь внизу живота.
Хотел эту женщину безумно и одержимо, но в то же время трахать безжизненное тело не доставляло никакого удовольствия. Жаждал подчинить ее, строптивую, себе, сломить волю и заставить отдаться его безграничной власти. Все эти желания превращались в яркие и красочные картинки и плотно заполняли сознание. Он хотел воплотить их в жизнь прямо сейчас.
Поддавшись порыву, Михаил несильно похлопал Симону по щекам, пытаясь разбудить, но ничего не получалось.
— Звали? — Дверь открылась, и Чайкин Петр Сергеевич заглянул в комнату.
— Да, проходите. — Михаил кивнул и жестом пригласил его войти.
— Что случилось?
— Я сделал ей укол успокоительного. Почему она не просыпается?
— Как давно?
— Три часа назад.
— Сколько кубиков?
— Два.
— Хм… должна уже проснуться.
— А мне что делать? — недоуменно спросил Михаил. Не так он себе представлял этот вечер, и отменять намеченные планы совершенно не хотелось.