Главное, не спешить, дать организму адаптироваться и настроиться на нужную волну. А для этого Илье сейчас нужны покой и исключительно положительные эмоции.
Внимательно выслушав мнение врача, Симона приняла важное для себя решение. В ее силах окружить Илью заботой и любовью и оградить от всяческого негатива. Она должна взять на себя роль щита и помочь ему поправиться. Если они будут действовать сообща, то все обязательно получится, и он сможет ходить и вернуться к обычной жизни. Если только ему нужна ее любовь…
— Доброе утро, — хрипло проговорила она и, погладив его по щеке, потянулась к губам.
— Пока неясно. — Илья подарил ей легкий поцелуй и отстранился. — Ты почему здесь? — с замиранием сердца смотрел в глаза и ждал ответа.
— А где мне еще быть? — Симона игриво улыбнулась и, потянувшись, села.
— Дома. — Он сердито нахмурился, она перла, как танк, сметая одну за другой границы его личного пространства.
— Мое место рядом с тобой. — Она взяла его лицо в ладони и принялась покрывать легкими поцелуями.
— Снеж… — Илья перехватил ее запястья и отвел в сторону. Ему было совсем не до смеха.
— Илюш, перестань. — Симона с легкостью вывернула свою руку и положила пальцы на его губы, не давая закончить. — Верь мне, — специально говорила его словами, надеясь, что так лучше дойдет. — Все будет хорошо.
Илья не ответил, лишь отвернулся в другую сторону, но и не оттолкнул. Что он мог ей сказать? Что она не понимает, во что ввязывается? Что ломает свою жизнь ради него? Ему не нужны такие жертвы.
Симона тяжело вздохнула, глядя на его профиль. Контакт потерян, Илья отгородился от нее плотной стеной отчуждения, и нужно как-то пробиться сквозь нее. Дальше так продолжаться просто не может. Она и так сходила с ума от беспокойства за него, а теперь еще ненужные сомнения разрывали душу.
— Илья, посмотри на меня. — Наступив себе на горло, Симона решилась на откровенный разговор, чтобы поставить все точки.
Он послушно повернулся, в глазах было столько боли и отчаяния, что перехватило дыхание, но она не позволила себе отступить.
— Я так не могу… устала гадать и накручивать себя… — сказала тихо и с надрывом. — Если я тебе не нужна и ты хочешь вернуться в семью, то так и скажи — я уйду насовсем, но лечение полностью оплачу, не переживай…
От ее дрожащего голоса мурашки побежали по его коже, а сердце болезненно сжалось.