— Михаил быстро переключил внимание на него. — Ты до сих пор не дал ответ по нашему делу. Время идет…
Симона перевела на него ошалевший взгляд. Столько боли в нем отразилось, что Илья внутренне напрягся, но не успел вовремя сориентироваться. Она среагировала быстрее, оттолкнула его в сторону и направилась к выходу. Илья лишь мысленно выругался и повернулся к Юдину.
— Ты не получишь ее, — прошипел он, пронзив соперника взглядом насквозь, и поспешил за Симоной.
— Готов поднять ставку вдвое, — услышал крик Михаила в спину и, развернувшись, показал ему средний палец.
Перехватил Симону около стойки администратора. Она уже надела пальто и собиралась выйти из ресторана.
— Сколько раз я тебе говорил, чтобы ты не убегала? — схватив ее за предплечье, резко развернул к себе. Такое отношение к собственной безопасности его уже порядком задолбало. Каждый раз происходило одно и то же. Симона отказывалась думать головой и вела себя слишком беспечно.
— Отпусти меня! — взвилась она и отчаянно принялась вырываться, чем ввела Илью в ступор.
— Успокойся! — прикрикнул Илья, но это не произвело никакого эффекта, точнее, эффект получился обратный. Симона еще сильнее заголосила, привлекая к ним все большее внимание.
— Не трогай меня! Не прикасайся!
— Хватит! — Он с силой встряхнул за плечи, чтобы хоть немного привести в чувство и, взяв ее за лицо, вынудил смотреть в глаза.
Симона смотрела на него пустыми глазами, как будто не узнавала, но все же неуверенно кивнула. Илья облегченно выдохнул, приобнял ее за талию и повел к машине. Открыв дверь, помог сесть в салон и юркнул за ней.
— Сань, выйди на несколько минут, — попросил Илья, и водитель послушно покинул машину.
— Какие у тебя с ним дела? Отвечай! — сразу набросилась Симона с кулаками. У нее явно была истерика, и пора было как-то прекращать этот цирк.
— Ничего не путаешь? — перехватив ее запястья, резко дернул на себя. Симона невольно оказалась на нем, но буянить не перестала.
— Это ты, кажется, что-то перепутал! Ты работаешь на меня!
— Тебе не нравится качество моей работы? — Илья из последних сил пытался оставаться спокойным, но с каждой минутой это становилось сложнее.