Маскарад окончился, из дворца больше не доносилась музыка. В половине окон уже не горел свет, а зевающего стражника у входа больше интересовал пожар в лагуне, чем дети, проскользнувшие во дворец.
– Видимо, церемонию мы пропустили, – тихо сказал Билл, когда они очутились внутри.
Роуз кивнула. Она не знала, радоваться или сожалеть. По крайней мере, они не позволили Госсамеру слиться с маской. Девочка подозревала, что, поучаствуй он в церемонии, сила маски поглотила бы весь дворец – и их тоже. Но она жалела, что не увидела ритуала, о котором столько слышала.
Они крались по залам дворца, направляясь к лестнице и боясь того, что там обнаружат. Госсамера они победили – не было сомнений, что он погиб, а маска упокоилась на дне морском. Она вернулась домой, и более безопасного места для нее трудно было представить. Но сейчас, возвращаясь к телу мистера Фаунтина, они не чувствовали никакого торжества.
Роуз спотыкалась из-за смертельной усталости. Насквозь промокшее платье липло к телу, и она мерзла.
Когда по лестнице им навстречу поднялся дож, Роуз решила, что это сон, видение, которое создал застывший разум. Но когда за его спиной показалась мисс Фелл, а за ней – двое слуг, несших мистера Фаунтина на носилках, наспех сооруженных из сорванного со стены гобелена, она моргнула и поняла, что это по-настоящему. Гус выпрыгнул из ее объятий и бросился к хозяину, пока мисс Фелл тростью указывала слугам, куда его опустить.
"– Здесь, положите его здесь, где посветлее. Ваша светлость, я не могу работать в полумраке, который царит в ваших подземельях. – Дож поклонился, словно извиняясь, и Роуз взглянула на мисс Фелл, пытаясь понять, освободился ли дож от чар. Старая леди продолжала: – Право, не знаю, о чем вы думали – позволять этим опасным преступникам скрываться в вашем городе. И даже во дворце! Мне известно, что здешняя история весьма колоритна, но в самом деле, пора оставить это в прошлом.
Пока мисс Фелл распекала дожа, Роуз опустилась на колени рядом с носилками. Белла и Фредди держали мистера Фаунтина за руки – он был смертельно бледен, но дышал.
– Мы добрались до него, сэр, – прошептала она. – Маска уничтожила его, он на дне лагуны – и маска тоже.
Она была почти уверена, что его ресницы дрогнули, но он ничего не сказал.
Старческий голос тем временем продолжал:
– Вам придется разобраться с братом, знаете ли.