Устраивала их такая жизнь. И потом, будь у меня последователи, вряд ли бы я тут один оказался, – резонно заметил Котиков.
– У меня больше вопросов нет, – обращаясь к Бессмертнову, проговорил Крячко. – Отпускаем?
– Погодите, люди добрые, дайте «косячок» дотянуть. Вернусь в камеру, делиться придется, – зачастил Котиков. – Эх, жаль, гостинчика не принесли. Хоть бы печенюшек каких подбросили от хозяйских щедрот.
Бессмертнов нажал кнопку, в комнату вошел охранник. Котиков поднялся, бросил тоскливый взгляд в коридор и, не сказав больше ни слова, вышел.
– Что обо всем этом думаешь? – занимая водительское кресло, поинтересовался Бессмертнов.
– Пока непонятно, – ответил Крячко. – С одной стороны, философ этот мог не один ум с дороги сбить. С другой стороны, контингент на хате у Котикова тот еще был. Возможно, он правду сказал о том, что им все до фени. Но прокатиться туда не помешает.
– Задача ясна. Едем в притон к бывшим дружкам Котикова. – Бессмертнов завел двигатель и покатил к выезду из города.
Дом Семенихи, приютившей бывших дружков Котикова, являл собой странное зрелище. Сам дом выглядел добротным, поставленным на века, а вот забор и прилежащие постройки вопили о заботливой руке настоящего хозяина. Двор был завален старыми деревянными ящиками. В таких в былые времена продукты в стеклянной таре в сельские магазины завозили. Ящиков этих во дворе было видимо-невидимо. Штабелями к забору примыкали, грудами у сараев валялись. И такое запустение кругом, тоска смертная.
Как только Крячко и Бессмертнов пересекли двор, на крыльцо выскочила бойкая старушка. Уперев руки в обширные бедра, она окинула посетителей строгим взглядом и зычным голосом заорала:
– Стой где стоишь! Ружья нет, но стрельнуть могу!
– Чего шумишь, Семениха? Или «нарики» «чернуху» варят? – ничуть не смутившись, проговорил Бессмертнов.
– Какие еще «нарики», гражданин начальник? – слегка подобрела Семениха. – В моем доме отродясь наркоши не водились.
– Видать, сама принимать пристрастилась, раз мента от проходимца отличить не можешь, – продолжал Бессмертнов.
– Прости, мил-человек, сослепу не признала. А это кто с тобой? Тоже начальник? – прищурилась Семениха.
– Начальник. Большой начальник, – засмеялся Бессмертнов. – Целый полковник, да еще и из столицы.
– Ах ты, батюшки! Из столицы? Это что ж ты, Андрей Васильевич, без предупреждения такого важного человека ко мне тащишь? У меня же контингент!
– Ничего, он привычный.