В миру его, кажется, зовут Виктор. Больше мне о нем ничего не известно. И сам он, скорее всего, лично с Блеклым незнаком. Опять же через посредников… В случае если одна из его групп провалится, Марафонца просто ликвидируют, и концы в воду… Короче, тухлый вариант.
Впервые за все время их разговора Гуров слегка повернул голову.
– Я не понял, о чем мы вообще тогда сейчас говорим? – нахмурившись, недовольно буркнул он. – Зачем эта встреча? Ты пришел сказать, насколько все тупиково и бесперспективно?
– Не заводись, сыскарь! – Губы мужчины разъехались в улыбке.
– Это мне известно, – нетерпеливо перебил собеседника Гуров.
– Блеклый сломал их. Абхазцы согласились прикрыть свою лавочку и работать под его руководством. Кто у них там за главного, я не знаю, но послезавтра в полдень состоится передача крупной партии «мета».
– Можно брать всех?
– Да ради бога! Не мне тебя учить, сыщик! Но главное – не упустите поставщика Блеклого. Он – самая важная фигура в этой сделке, и через него можно потянуть за нужную ниточку. Там не все так хитро устроено, как в структуре боевиков… Одним словом, появятся шансы.
Эскалатор кончился. Гуров первым сошел со ступеней. Мужчина в черном следом за ним.
– Ручкаться не будем. Удачи, полковник Гуров!
Он двинулся влево, а сыщик, постояв на месте секунд тридцать, направился в противоположную сторону.
Шершень докурил сигарету, чуть приспустил боковое стекло и швырнул окурок на мокрый асфальт. Легкий моросящий дождик отстукивал незамысловатый ритм на лобовом стекле «Ниссана». В салоне негромко играла музыка.
– Кол, сколько времени? – спросил он.
Сидящий за рулем мужчина в красной куртке с поперечными оранжевыми полосами и бейсболке «Найк» коротко бросил взгляд на часы и ответил:
– Половина девятого.