Она слышала море. Но вплоть до того момента, как прыгнула в воду, не понимала, где оказалась, хотя хорошо знает эту местность. Амели была слишком напугана, почти в шоке, и действовала не столько из рациональных соображений, сколько инстинктивно.
– На этот счет у нас есть кое-какие идеи, – сказал Роберт. – Судя по тому, где ее нашел Алекс Барнс, а также из указаний на грунтовую дорожку, местом, где остановилась машина, могла быть парковка между Си-Клифф-роуд и Уиткрофт-авеню. Там все именно так: лужайка, гравий, крутой спуск к набережной.
Калеб кивнул. Он жил на Уиткрофт-авеню.
– Я уже отправил на парковку криминалистов. Они там всё прочешут. Поздновато, конечно, но, может, что и найдут… То есть территорию вокруг мы давно обыскали, но теперь поле деятельности сужено. И мы знаем, что был автомобиль. Совершенно другие предпосылки поиска.
Калеб сам услышал, как ободряюще-оптимистично это прозвучало. Впервые у них появилась возможность куда-то двигаться.
Хелен продолжила подводить итоги бесед с Амели:
– Итак, Амели добралась до Кливленд-уэй и побежала по набережной. Потом ей показалось, что некто преследует ее по пятам. Что касается по крайней мере этого пункта, я отнеслась бы к ее показаниям с осторожностью, но Амели до сих пор убеждена, что это не было пустой игрой воображения. Итак, шторм, ливень, грохот прибоя… Как она могла хоть что-нибудь за этим расслышать? Мы не можем утверждать, что водитель машины заметил ее побег и пустился в погоню.
Калеб с Робертом кивнули. Оба прожили в Скарборо не один десяток лет и знали, о чем говорит Хелен.
– Некоторое время Амели сидела там, – продолжала Хелен. – Сжавшись в комок и прильнув к каменной стене. Она утверждает, что перелезла через стену после того, как услышала, как он возвращается. Повторю, что отнеслась бы с осторожностью к ее показаниям, но Амели уверена, что все было именно так.
– Такое вполне возможно, – согласился Калеб.
Он знал, насколько громким может быть море, заглушающее все остальные звуки. Когда штормовой ветер швыряет волны в стену набережной, человек едва ли способен расслышать собственный голос. Тем не менее Амели могла чувствовать преследователя. Но не менее вероятно, что она его себе просто вообразила.