Все было выметено и вычищено, как перед генеральной инспекцией, в силу чего приходилось экономить топливо, а солдатам вспомнить про то, что у них есть так называемый «железный паек».
И вот очередная остановка. Разведка установила, что в двенадцати километрах отсюда, прямо на запад вдоль железной и шоссейной дорог, в озерном дефиле у селения Симнас изготовилась к обороне крупная большевистская часть с артиллерией и броневиками, численностью не менее полка, но и не более дивизии.
Попытка передового батальона 7-й танковой дивизии с ходу овладеть этой позицией привела к весьма чувствительным потерям, при полном отсутствии какого-либо успеха. Было очевидно, что наступление опять застопорилось, ибо прежде чем штурмовать боеспособную часть, укрепившуюся на выгодном рубеже, нужно сперва подтянуть на передовые позиции медленно шагающую усталую пехоту и то, что осталось у Гота от дивизионной артиллерии, по приказу командующего срочно переведенной на гужевую тягу.
Разорвавшийся неподалеку тяжелый снаряд заставил Гота спешно забраться обратно в броневик, удивляясь при этом – как большевикам удалось обнаружить присутствие штабной колонны, совершенно не наблюдая эту местность и не имея в воздухе самолета-корректировщика? Дальнобойности их новых корпусных орудий вполне должно было хватить, чтобы накрыть огнем это место с позиций у Симнаса.
Не желая искушать судьбу, генерал Гот приказал водителям покинуть поселок и станцию и укрыться в небольшом лесочке, примерно в двух километрах на юго-запад. Второй день войны, как и первый, для 3-й танковой группы тоже оказался неудачным.
23 июня 1941 года, 16:30.