Все оказалось не так страшно, как я себе напридумывал. Нет, староста, конечно, подворовывал, но без фанатизма, по мелочи, а стекло ему вообще отец подарил и тому даже свидетели есть. В целом этот хитрован оказался более-менее нормальным мужиком, который не потерял берега, поэтому наказывать его сильно я не стал. Так, немного. Обязал его найти толкового печника и оплатить его работу. До осени все дома в деревне должны отапливаться по-белому и никак иначе. Кирпич для этого дела выделил из запасов, приготовленных для строительства дома.
Но на этом все не закончилось. Когда прошелся по домам крестьян и посмотрел, как они живут, велел еще устроить в избах деревянные полы. Прям сердце щемило, когда видел мелких ребятишек, возящихся на земляном полу, прикрытом соломой. Хотелось для этих людей ещё что-нибудь хорошее сотворить, но взял себя в руки и остановился. Пока мы не в том положении, чтобы осчастливить всех и каждого.
Вместо этого я засел в кабинете отца и занялся разбором бумаг.
Так до самого вечера и провозился, изучая записи в так называемых амбарных книг со своеобразной бухгалтерией и других документы.
Среди этих бумаг я нашёл и копию расписки на одолженные у купцов деньги. Прочитав её, я понял: этим уродам не жить. Дело в том, что в этой расписке был чётко обозначен срок погашения долга в случае, если отец не вернётся из своего похода. Год, целый год эти купцы даже заикаться не должны были о каком-либо возврате займа, и сейчас стоило хорошо подумать, как быть с этой распиской. По-хорошему бы продолжить с ними судиться и попытаться вернуть дорогостоящее имущество, вот только у меня нет уверенности, что этот суд будет справедливым.
Жаль, конечно, что мама не додумалась поискать этот документ здесь и предъявить его во время прошлого суда, сейчас уже не факт, что поможет. Была бы за нашими плечами какая-нибудь сила, разговор был бы другой, сейчас даже не знаю, как всем этим распорядиться.