Уходи, и чтобы больше я тебя никогда не видела!
– Но послушай, Катя… – Он нерешительно топтался на месте.
– Если не уйдешь, я сама спущу тебя с лестницы!
Я бросилась в коридор, чтобы открыть входную дверь, но по дороге зацепилась за сбившийся половик и шлепнулась снова на ту же многострадальную коленку. Слезы полились ручьем. Я сидела на полу и причитала, а ненаглядный пытался меня поднять, я сопротивлялась и отталкивала его. Так продолжалось минут десять, пока я случайно не бросила взгляд на зеркало в прихожей.
Увидев такую картину, я отвернулась от зеркала и встала, опершись на услужливо подставленную ненаглядным руку.
Когда я вышла из ванной, ненаглядный глядел участливо и не думал уходить, а мне уже стало все равно.
– Скажи, ты так расстроилась из-за статьи? – начал ненаглядный, когда я, нахохлившись, как воробей, села в кухне на стул.
"В кои-то веки ненаглядный был прав: я сама пришла к Андрею, сама рассказала ему обо всем, а теперь расстраиваюсь по поводу статьи. Но почему же он хотя бы не позвонил и не предупредил меня, что статья выйдет? Он посчитал, что раз Вахромеев и Палыч выбыли из игры, то опасность мне больше не угрожает, ведь он же не знал всего, что еще со мной произошло! Хотя не нужно себя обманывать.
Я вспомнила, как счастлива была, когда мы с Андреем ехали в машине в деревню Хаврино. Вряд ли такое повторится.
Я посмотрела на ненаглядного.
– Скажи, тебе никогда не бывает скучно?
– Бывало иногда, – он смущенно хмыкнул, – и с тобой… раньше я старался как-то тебя отвлечь, в разговор втянуть, а ты сидишь, как…
– Как кто? – вкрадчиво спросила я.
– Нет, я не могу, – открестился ненаглядный, – мне неудобно такое говорить.
– Нет уж, говори как есть, давай раз и навсегда разберемся!
– Я, конечно, зануда, – признался ненаглядный, – но ты, знаешь, тоже раньше была неинтересная, то есть не то чтобы, но в общем…
– Грамотно излагаешь, – поощрила я, – главное – все понятно.
Он окончательно запутался и замолчал.