За руку с ветром

Машенька, – поинтересовалась она, – а откуда ты знаешь про больницу?

– Рассказали… – не стала я выдавать Ольгу.

– Так-так, а это уже интересно. Маша, девочка, вы поссорились с Денисом?

Я склонила голову. Если я расскажу ей, что случилось, что я потеряю?

– Я обидела его, – тихонько сказала я. – Сказала, что он для меня никто и я не хочу его больше видеть. А потом он увидел меня с другим парнем, но это была ошибка, – поспешно поправилась я.

– Как все запутанно, – покачала головой Лера.

 – Проходи, поговорим.

Через десять минут мы сидели на мягком диванчике с изящ но изогнутой спинкой и гнутыми ножками, с элегантными фарфоровыми чашечками вкусного крепкого кофе в руках, и я сбивчиво, кое-как ворочая языком, рассказывала обо всем матери любимого парня, отчего-то не стесняясь ее, а женщина лишь внимательно слушала и кивала. Я надеялась, что она поможет отыскать мне Дениса. Может, хотя бы ей он скажет, где находиться? Она ведь его мать!

– Вижу, ты многое уже знаешь, Мария, – сказала Лера, когда выслушала меня.

 – А теперь послушай, что я тебе теперь расскажу. Только, ради Бога, не пугайся и не делай глупостей. Я знаю, что ты сильная девочка, но все же… Слушай внимательно, Маша, хорошо? И не смей расстраиваться. Я была с самого начала против этой затеи – но разве мужчин переубедишь? – она пожала плечами. – А твоему папе я сразу сказала, что ты уже не ребенок, и все должна знать.

– Вы… ты знакома с моим папой?! – потрясенно воскликнула я.

 – Откуда?! Как? Он мне ничего не говорил!

«Полноправный писец, тебе сюда», – очень медленно, вывели обалдевшие головастики на огромной прямоугольной вывеске, указывающей путь к моему мозгу.

Лера с трудом успокоила меня и, к моему счастью, все-все рассказала. Чем больше она говорила, тем сильнее стучалось мое сердце, и тем хуже я чувствовала собственное тело. Вот это дела! Именно от Леры я и узнала про полицейскую операцию, которая должна была не без помощи моего собственного отца и Даниила Юрьевича ликвидировать банду Пристанских, возглавляемых братцем Никиты Кларского.

Мать Смерча осторожно поведала мне и про то, почему я заинтересовала Ника, и отчего вдруг он стал внимательным ко мне. Андрею Марту всего лишь нужно было надавить на моего принципиального отца, используя меня. А я – вот ведь удача! – была знакома с его братиком! А тут Смерч некстати.