«Твои испытания я возьму себе», – подумал тот, прижимая спутницу к себе и касаясь осторожно, почти с благоговением.
Они были настолько заняты друг другом – сначала созерцанием, потом прикосновениями, поцелуями, что не видели позади себя человека, притаившегося в тени камней. А вот он их видел и слышал прекрасно. И каждое их слово было для него ударом. Удар за ударом наносили юноша и девушка тому человеку, не ведая этого. Но он чувствовал не боль – ярость наполняла его, не давая другим чувствам завладеть сердцем.
– Как хорошо, что нам сегодня удалось убежать, – произнесла, наконец, девушка, нанося последний, смертельный удар. Они хитростью покинули город – сестра и верный слуга помогли, зная, что в этом месте их никто не найдет. Слуга поможет и вернуться обратно, в дом, в котором остался ненавистный муж.
– Однажды мы навсегда убежим. Потерпи немного, – сказал юноша весело. Темные глаза его блестели.
Их пальцы переплелись, и подул ветер. Волны становились все больше, и все неистовее бились они о скалы, и кровавой пеной лизали песчаный берег.
Солнце почти скрылось за горизонтом. Большая птица что-то гортанно прокричала.
Сейчас человек выйдет из тени и все начнется.
* * *Петр, как и всегда, внимательно управляя своей фиолетовой спортивной машиной, быстро подъезжал к дому Смерчинских. Ему необходимо было прямо сейчас забрать кое-какие документы, которые оставил ему дядя, отец Дэна, и отвезти их деду. Даниил Юрьевич должен был вот-вот появиться в городе, и ему эти документы требовались невероятно срочно – решался какой-то важный вопрос о партнерстве с крупной забугорной компанией.
– Возьмешь и срочно вези ко мне, – говорил Даниил Юрьевич по телефону грозным и деловитым одновременно голосом человека, не только привыкшего раздавать указания, но и требовать безукоризненного, четкого и быстрого их исполнения.
– Я все сделаю, не беспокойся, – сказал ему внук и почти сразу же вышел из квартиры и сел в машину."
"Молодой человек в очках решил совместить приятное с полезным.