Там, на небесах, – взглянула мимолетом на кусок неба в окне женщина, и в ее глазах тоже появились едва заметные непрошеные слезы, – она ни о чем не жалеет. Ни о чем. Ладно. Пойдем вниз, Маша.
– Пойдем.
– Я тебе еще кое-что покажу."
"И она повела меня вниз, во вторую, совсем небольшую гостиную с уютной лоджией и изящным камином, где остановилась около стены с несколькими большими фотографиями в серебряных рамках. Первым я увидела черно-белое фото шестилетнего мальчика с большими глазами, длиннющими ресницами и ямочками на пухлых щечках, смеющегося в компании еще двух малышей по бокам от него.
– Это Дэнка, ему тут почти пять лет, – пояснила с улыбкой Лера, коснувшись пальцами рамы. – Узнала? Рядом Саша и Мика – Микаэль.
– Я их знаю, – во все глаза смотрела я на детей. Забавная троица.
– Хорошие мальчишки. Если что, Мика – тот, который с леденцами.
– Забавные, – согласилась я, разглядывая детей. И во что они превратились сейчас из таких вот очаровательных малышей? Брутальный нефор, умирающий лебедь и ловелас Смерчинский, по привычке подумала я.
– Вот Дэнси с двоюродным братом Петей, – кивнула на следующее фото Лера, и я тут же узнала в черноволосом худом мальчике со стрижкой под пажа того самого Петра, сейчас невозмутимого и даже надменного. На снимке он сидел рядом с Дэном на диване и покровительственно держал братика за плечи. Оба были в одинаковых однотонных свитерах, Петя в зеленом, Денис – в синем.
– Здесь ему уже шесть.
– А он и в детстве был милашкой, – сказала я, склонив голову.
– Да. Он был очаровательным ребенком. Думаешь, он тут счастлив? – спросила Лера.
– Не знаю, – честно ответила я. – По крайней мере, тут он радостный и беззаботный.
– Да. А теперь посмотри на этот снимок.