Нет, ничего особенного не произошло: Влад не ворвался в комнату, с жаром обнимая девушку, прижимая к стеночке и признаваясь в неземной любви, и Таня не воспылала к гостю чувствами и не бросилась на него с ногами, и даже клетчатая рубашка не потерялась – она, аккуратно сложенная, спокойно дожидалась хозяина в шкафу. Все было совсем иначе, но, однако, с не меньшим эмоциональным накалом.
Просто в тот момент, когда Челка, повязавший рубашку вокруг пояса, попытался открыть дверь, та не поддалась, и они оказались запертыми в квартире.
– Не открывается, – подергал дверь за ручку удивленный Челка. – Слушай, открой сама, а? Я в твой замок не въезжаю.
У Тани, впрочем, тоже ничего не получилось.
– Не-е-ет, – простонала она устало. – Его заклинило. Нет, нет!
– Как это заклинило? – тупо переспросил Челка. – Ты, детка, так со мной не шути, я сегодня на фест еду, открывай, давай. Это, знаешь ли, серьезное мероприятие.
Девушка предприняла еще одну безуспешную попытку, и еще одну, и еще, вскоре передав эстафету по открытию замка Челке, но все было тщетно. Замок ни в какую не желал открываться.
– И что делать? – спросил Челка тоскливо, сев на корточки.
– Надо, чтобы снаружи кто-то открыл ключом.
Девушка задумалась. Ключи были у родителей, сестры и брата. Родители отдыхали на южном курорте, брат трудился на подработке, однако сестра-школьница была свободна. Ей-то девушка решила позвонить. Но, как назло, оказалось, что мобильник сестры отключен.
– Господи, сколько проблем-то, – нервным движением убрала темные волосы за спину девушка. – Ну а что ты стоишь? – обратилась она к Челке, сидевшему под злосчастной входной дверью.
Парень хмыкнул, снял кеды и прошел в единственную, но просторную и красивую комнату, разглядывая ее убранство. Светлый диван, усыпанный подушками разных цветов и форм, низкий журнальный столик с ноутбуком, шкаф из белого дерева в углу, в тон ему кажущийся игрушечным будуар, ряд металлических полочек на стене – с книгами, безделушками и сувенирами.