За руку с ветром

И неспешный сомелье, как в фильме, продемонстрировав красивую бутылку из темного стекла с этикеткой на французском, почти торжественно сказал название вина и год урожая. После он открыл бутылку, налил совсем немного красно-пурпурного напитка в свой бокал, взяв его за ножку – как потом пояснил Петр Лиде, чтобы вино не нагревалось от тепла его ладоней, затем поднял на уровень глаз, держа бокал против света, покрутил его по кругу и, вдохнув тонкий винный аромат, наконец, попробовал на вкус. Сказал, что все отлично.

И тогда Петр тоже продегустировал вино и медленно кивнул, сказав, что «букет хорош и послевкусие отличное». Услышав это и улыбнувшись, словно он сам выращивал виноград для этого напитка, господин сомелье осторожно разлил вино по бокалам: сначала Лиде, затем Петру. И, пожелав приятного вечера, степенно удалился.

– Выпьем за тебя, – предложил Смерчинский, поднимая бокал.

– Как скажешь.

Девушка отпила пару очень маленьких глоточков. Вино ее приятно поразило – оно не было похожим на то, что она пробовала раньше.

Густой, яркий фруктовый вкус действительно оставлял элегантное послевкусие, с миндальными нотками.

Она старалась не смотреть на Петра, и все внимание ее карих глаз было направлено на собственные ногти и кольцо с малахитом или на красивый вид из окна, а вот он не мог оторвать от Лиды пристального взгляда. Даже очки снял и держал их за дужки, поставив локти на стол.

– Тебе здесь нравится? – спросил Петр.

– Да.

Лида лгала, ей было несколько неуютно.

От его взгляда. И от того, что в таких дорогих местах она еще не разу не бывала. Не пробовала такого дорогого красного полусладкого вина, не слышала, как играют неспешно и мелодично профессиональные и невозмутимые музыканты на сцене, не видела такого безгранично уважительного отношения официантов и прочего персонала в униформе.

Она даже почувствовала себя какой-то дворняжкой среди породистых собак на графской псарне, правда, старалась оставаться невозмутимой и даже пыталась шутить.

Но только Петр, однако, уловил это в ее поведении и тут же попытался исправить ситуацию. Отвлек Лиду от плохих мыслей забавной историей.

– Леди, леди, улыбнись. Ты же со мной, – сказал он ей укоризненно, чувствуя, что ей все равно неуютно. Почти без перехода спросил: – Любишь танцевать?

– А что?

– Хочу пригласить тебя на танец.

– Но здесь же никто не танцует, – рассмеялась она.

– Я люблю быть первым, – задумчиво отпил вино Смерчинский.