И теперь, когда все показалось не столь уж и сложным, Мег, словно шальной ветер, помчалась на почту.
Нескончаемо долгий уик-энд все-таки подошел к концу. За три дня, проведенные дома в одиночестве, Мег лишь единственный раз вышла на улицу, и то затем, чтобы побывать на воскресной службе в церкви. Коротая светлое время суток за книжкой или какими-нибудь глупыми занятиями по дому, она то и дело с опасением думала о предстоящей ночи. Именно тогда, когда она лежала в холодном поту, раскинув по постели руки, ее оставляли силы и храбрость.
"Но был уже понедельник. Меган взглянула на часы: стрелки показывали почти три часа пополудни. Бережно она сложила записку, написанную Джеффу, и засунула ее в конверт.
Эмо постучал в дверь ровно в три. Он внимательно выслушал, кому и куда следует отнести конверт, расплылся в улыбке, получив двадцать пять центов, и пообещал немедленно отправиться в лагерь.
Мег закрыла за ним дверь, уверенная, что мальчик сдержит свое слово и добросовестно выполнит ее просьбу. В своей записке, стараясь не напугать Джеффа, она сообщила, что им необходимо увидеться. И в двух словах попыталась намекнуть на возможность примирения.
Если Питер следит за ними, а в этом она была почти уверена, то она должна показать ему, что приезд мужа есть не что иное, как приезд любимого и дорогого человека.
«О Боже, – горячо просила девушка, усаживаясь на диванчик и устало откидываясь назад, – сделай так, чтобы он оставил свою гордыню и приехал сюда.
Ее разбудил громкий стук в дверь. Приоткрыв глаза, Мег не могла поверить, что ей удалось заснуть, но за окном уже всходило предвещающее новый день летнее солнце.
В смущении девушка осмотрелась. Что это она делала в гостиной? Легкий ужин и тщетная попытка сосредоточиться на сборнике стихов были последними воспоминаниями о вчерашнем вечере.