Джефф не знал, как ему быть – то ли разразиться смехом, то ли посочувствовать бедному свояку, и решил поскорее продолжить беседу:
– Так вы хотели поговорить со мной о чем-то?
Выпрямившись на стуле, Лоренс ненадолго задумался, с чего лучше начать разговор о Питере Фарнзворте. Вся проблема была в том, что он, как и большинство мужчин в Уэлсли, испытывал своего рода трепетное благоговение перед этим человеком, у которого было все: деньги, красота, власть, – и заговорить о семейном долге у него просто не хватало духу.
– Я хотел поговорить о возвращении вами долга Фарнзворту.
Джефф вытаращил глаза.
– Какого долга?
Ломбард был не меньше изумлен реакцией мужа Мег. Возможно ли, что Уэлсли не знал о крупной сумме, которая была занята Тейлорами у Фарнзвортов? Не потому ли он не спешил с возвращением долга?
– Мне всегда казалось, что ваша жена рассказывала вам о своих финансовых затруднениях, – выпалил он на одном дыхании, уже проклиная себя, что назначил эту встречу.
– Нет, но почему бы вам сейчас это не сделать? Может, расскажете?
Свояк в страхе заморгал глазами, надеясь хоть как-то потянуть время. Выхода не остается, ему придется сказать, что если Уэлсли, обязанный сделать это по праву мужа, не вернет долг Тейлоров, то лесопилка перейдет к Фарнзвортам. Взяв себя в руки, он спокойно начал:
– Много лет назад Фредерик Тейлор занял значительную сумму денег у Джорджа Фарнзворта. Долгие годы он не мог вернуть своего долга.
– Вместо уплаты долга согласиться на брак Мег и Питера! – договорил за него Джеффри.
– Вы правы."
"– Значит, – продолжил он, – для того, чтобы сохранить лесопилку и спастись от Питера Фарнзворта, Меган решила шантажировать меня, полагая, что, если мы поженимся, я буду обязан вернуть долг?
– О, я не думаю, что именно поэтому она вышла за вас, – защищал Ломбард сестру жены.
– Ладно, не важно, – рявкнул Джеффри, не желая слушать доводы свояка.
– Джефф, прошу тебя… О, простите, могу ли я называть вас на «ты»?
Его собеседник равнодушно кивнул.
– Я хочу, чтобы ты выслушал меня до конца.