В тот же вечер, сидя в гостиной и перелистывая сборник стихов, Мег терпеливо дожидалась возвращения Джеффа. Он пришел в одиннадцать.
– Добрый вечер, – улыбнулась она, когда муж наконец-то вошел в комнату. Подойдя, Мег нежно чмокнула его в щеку. – Как прошел день?
– Прекрасно, – ответил он, пятясь от нее, будто боялся заразиться чем-то. – Почему ты еще не спишь?
– Тебя ждала, – хмурясь, пробормотала она. – Мы так редко видимся в последнее время…
Не в силах выносить ее пристального взгляда, Джеффри повернулся, медленно подошел к серванту и плеснул себе в стакан щедрую порцию виски.
– Теперь я очень занят, – не поворачиваясь, оправдывался он. – Мне кажется, тебе не следует засиживаться допоздна. Иди лучше спать.
– Ради Бога, Джефф, – взмолилась она, – перестань! Я же не больная.
Медленно он повернулся лицом к ней и очень грустно спросил:
– Как ты себя чувствуешь, Мег?
– Нормально. По утрам немного тошнит, правда, но затем все проходит.
– Я все слышу по утрам. Мне так жаль тебя.
– Да ничего. Виргиния говорит, что в моем положении это в порядке вещей.
Джефф с тоской в глазах посмотрел на жену.
– Я… могу что-нибудь сделать для тебя? «Да, – закричала про себя Мег. – Обними меня крепко-крепко! Поцелуй и скажи, что любишь больше всех на свете. Объясни, в чем я виновата перед тобой, и я с радостью попрошу у тебя прощения. Поверь, я позабуду обо всем, и это никогда с нами не повторится».
Но сказала совсем другое:
– Нет, полагаю, что, кроме времени, вряд ли можно найти еще какое-нибудь лекарство.
Он поставил стакан.
– Ну, думаю, мне пора…
– Джефф! Побудь со мной. Прошу тебя, не уходи!
Джеффри вполоборота озадаченно взглянул на жену.
– Ты что-то хочешь сказать мне?
– Да! – вспылила она, желая во что бы то ни стало удержать мужа. – Знаешь… в субботу вечером будут танцы, те самые, что проводят в здании церкви всего два раза в год.
– Ну и что?
– Я бы хотела пойти на них.
– Не знаю, Мег. Наверное, ничего не получится.
Терпение Мег лопнуло.
– К черту твой дурацкий канал! Ночью там никто не работает, и ты прекрасно это знаешь. Ты просто не хочешь пойти со мной на танцы и ради этого готов придумать все, что угодно.
В его глазах вспыхнул гнев. Еще немного, и он потерял бы самообладание и высказал ей все, что так долго томило его душу.
– Ты права, – чуть успокаиваясь, сказал он, – я не хочу.