Я устало взглянула на красотку в зеркале и, не удержавшись, показала ей язык.
— Ты только посмотри на неё, Лен, она же стерва.
— Разговариваешь со своим отражением? — надевая мне воротничок, усмехнулась подруга. — Ты хоть понимаешь, как это негативно скажется на твоих волосах?
— Понимаю.
— Будем обесцвечивать, потом снова красить, — продолжила перечислять все ужасы Орёл.
— И стричь, — добавила я, закрывая глаза.
— Я тебя совсем не понимаю.
Тишиной мне предстояло наслаждаться недолго.
— Ничего себе шишка.
— Долгая история, — отозвалась я.
— Так мы никуда не спешим. Тебе тут часа три сидеть минимум.
Пришлось рассказывать. Коротко, безэмоционально, опуская волнение и тревоги, утаивая собственные страхи и видения. Прислушивалась к моему рассказу не только подруга, но и её работницы."
"— Господи, Карин, — потрясённо ахнула Ленка, даже перестав наносить средство на волосы. — Это ужасно.
— Не успела. В больнице не до того было, в полиции не дали, а когда домой вернулась, было уже четыре утра. Ничего, всё нормально.
— Нормально? Да тебя чуть не убили! Родителям сказала?
— Вот еще. Они волноваться будут. Да им сейчас не до меня, Родион к поступлению готовится. Так что там сейчас дурдом. И вообще, произошедшее просто случайность. Оказалась не в том месте, не в то время.
— Ох, не знаю, — покачала головой подруга. — Как-то это всё жутко.
— Согласна.
— Слушай, после таких ударов тебе же нельзя ничего делать с волосами! Щиплет? — вдруг всполошилась она, отступая.
— Не щиплет. Даже не чувствую ничего.
— Да? Странно. Хотя раны действительно нет, просто шишка. Но всё равно. Ты уверена, что всё нормально?
— Всё хорошо, не останавливайся, — ответила ей, стараясь не думать о том, что рана зажила слишком быстро и боль исчезла.
Хотя врач в приёмном отделении предупреждал, что обезболивающее лишь чуть притупит её, но не уберёт.
Всё действительно было нормально, пока одна из девушек не включила телевизор, попадая прямиком на выпуск местных новостей.
Я замерла в кресле, зацепившись взглядом за знакомое лицо. На экране она выглядела еще более молодой и совершенной. А я её ещё бабушкой называла.
— Ты чего? — сразу всполошилась Лена, заметив моё состояние.
— Тс-с-с, — шикнула я.