Но это не причина терять рассудок и отдаваться полностью своим чувствам.
Даже не знаю, как их правильно описать. И смогла бы я это сделать в такой момент. Признаюсь честно, сейчас я меньше всего думала об описании."
"Касаться, трогать, целовать. Брать и отдавать. Больше брать, словно имела на это право, цепляться, дрожать и снова целовать. Пытаться дышать в короткие мгновения, когда губы размыкались и снова бросаться друг на друга.
Подставлять щеки, шею для поцелуев, которые были так близки к укусам и самой кусаться в ответ.
Просто скопление противоречивых желаний и эмоций, которые бурлили во мне подобно фейерверку. И совладать с этим было невозможно, как и с мужчиной, который продолжал целовать меня так сладко и больно. И руки его тоже причиняли боль и одновременно с этим невероятное блаженство. То мягко поглаживая, то до стона сжимая.
Не знаю, как это возможно, и думать не хотелось, а вот чувствовать.
Меня никто так не целовал. Никогда. И я совершенно не знала, что с этим делать, поэтому просто наслаждалась, забыв обо всём на свете.
Всё кончилось так же быстро, как и началось. Страсть, желание, томление… а потом раз и пустота, одиночество и холод.
Тяжело и непривычно легко дышать… без него. Без его вкуса и аромата, без лихорадочных поцелуев, которые продолжали гореть на губах. Я коснулась их, не сводя пристального взгляда с Грина, ловя яркие блики в глубине его необычных глаз.
И демон смотрел — жадно, безумно и непонятно. Может, я сама не хотела это понимать и признавать.
— Ты что творишь? — прорычал Антон совсем рядом, нарушая это мгновение единения, понятного и непонятного нам двоим.
— Я творю? — разрывая зрительный контакт, рыкнул Грин и взглянул на колдуна. — Я творю?! Ты воздействовал на неё!
В этот момент я тоже взглянула на Антона. Он был всё также красив, равнодушен, аристократичен и всё ещё в моём вкусе. Вот только этой непонятной тяги и восторга не было.
— Воздействие? — неловко поправляя воротник футболки, переспросила я. — Это приворот, да?
Вот так номер. Взяли и сразу приворожили. А мы даже поздороваться толком мне успели. Как же у них тут всё быстро.
— Карина, всё не так, — ответил Антон.
— У нас был договор, Белов, — процедил Грин, всё больше закипая. — И ты его нарушил!
— Грин, никакого приворота.