– И не переживай, она милая драконесса, то, что тебе надо.
А у него, значит, было время?
– Простите за неделикатность, но… по-моему, вы не очень хорошо подбираете женщин. Себе, по крайней мере.
– Зато у меня теперь опыт в этом деле, – наставительно замечает Элоранарр. – И при выборе твоей невесты я учёл все-все собственные ошибки, поверь, я очень старался.
– А как же Неспящие? Я бы не хотел рисковать жизнью драконессы…"
"– Отбор Лина будет через полтора года, даже если у тебя родится дочь, она по возрасту не попадёт на его первые три значимых отбора, да и к Арену тоже не успеет, значит, Неспящим твой род больше неинтересен.
Да, только вот детей от других драконесс я завести в принципе не могу, так что его энтузиазм меня не трогает.
Но приходится идти за Элоранарром и судорожно придумывать способы выкрутиться из неловкой ситуации или договориться с невестой.
В коридоре музыка громче, сотни голосов дополняют её, превращая в раздражающую какофонию. Впрочем, положа руку на сердце – меня раздражал сам приём. Пустые разговоры, полно существ, с которыми я сталкивалась по долгу службы и не желала видеть их больше, чем для этой службы необходимо. К тому же за семь с половиной лет я изрядно накопалась в памяти обитательниц элитного борделя столицы, и добытые знания осложняли общение с некоторыми гостями.
Но перед знакомством с невестой блекло и это всё, и замаячивший на горизонте темноволосый Танарэс с мертвенно-бледным вампирским лицом и готовностью основательно побередить раны.
Невеста… нет, лучше в бордель каждый день: я уже приноровилась такие наведённые воспоминания делать, при которых лицо Халэнна в процессе обычно не видно. Это порядочнее, чем держать молодую драконессу в вечно одурманенном состоянии, чтобы она не мешала заниматься делами и не опознала во мне женщину.
Остановившись, Элоранарр склонился к моему уху и тихо произнёс, неопределённо взмахивая рукой в сторону:
– Смотри какие красавицы.
Он указывал на шесть девиц рода Дарлис, – двух младших дочерей главы рода и четырёх дочерей двух его братьев, – кружевных королев. Кружевами они, их матери и отцы были увиты так плотно, что фигуры различались с трудом.